И тут в свете фар, на фоне бетонных остовов цехов и сетчатых заборов мелькнул громадный сутулый силуэт.

— Мне показалось? — осторожно спросила Агата.

— Вот сукины дети. Они уже здесь. Что происходит-то? Не верю, что они уже дожрали третий уровень, зачем их запихали сюда?!

— Кого запихали? — Голос Амаля звучал напряженно. Он ничего не понял, но сама интонация компаньонов ему очень не понравилась.

— Мутантов, которые убивают людей.

— Это про стигматы опять, что ли?

— Развернуться уже не получится, — крикнул Хиро. — Только время потеряем. Держитесь, будем прорываться. Амаль, не знаю, как ты это сделаешь, но выламывай сиденье и доставай из багажника сумку. Там примерно то же самое, что и прошлый раз. Но помощнее. И что, черт возьми, за стигматы.

— Эти сволочи, — закряхтел Амаль, пытаясь оторвать спинку, — убеждали меня, что никаких мутантов нет. Все это только выдумки, а если кто и помер, так от самовнушения. Не отрывается!

— Мне нравится эта идея, Амаль, — закричал Хиро, — помни, что никакой спинки нет! Есть только набор электронных кодов, эту спинку изображающий. Неужели ты с ним не справишься!

— Ага, справишься. Ты, здоровый, в полном расцвете сил набор кодов, неужели не справишься со старым пожилым кодом спинки, — пошутила Агата, хотя ей было совсем невесело.

Раздался треск, и спинка оказалась у Амаля в руках.

— Вон еще тень, — указала в темноту Агата.

— Плохо смотришь. Я уже штук пять насчитал. Посмотри вправо.

Агата обернулась и увидела смотрящие прямо на нее зеленые светящиеся глаза. Монстр бежал рядом с машиной, но не нападал, а словно присматривался к будущей добыче, оценивал ее.

— Амаль, — Хиро увидел, что тот уже собрал винтовку, — аккуратно, на три пальца открываешь стекло и фигачишь вот в этого гражданина. Идеально было бы в голову. Но не попадешь, так что бей в туловище.

— Блин, — выругался Амаль. — Что это? Я такой дряни даже в кошмарных снах не видел!

И тут же выстрелил. Мутант взвыл, перекувыркнулся и исчез в кустах.

— Попал. Но да, в туловище. Хотя, честно говоря, метил в голову. Вон, впереди еще! Дайте-ка, я в них стрельну!

Амаль стал открывать окно, желая высунуться.

— Не делай этого, они тебя вытащат! — прикрикнул Хиро.

— Как вытащат?

— Ухватят и вытащат из машины, я не шучу.

Хиро заложил крутой поворот.

— Они перекрыли нам дорогу на выезд. Агата, смотри карту, нам только не хватает заехать в тупик!

На лобовом стекле появились зеленые полоски дорог.

— Сейчас вправо, потом, метров через пятьдесят влево, затем еще раз влево. Они идут за нами. Их там штук семь!

— Ни фига себе, — обернулся Амаль. — Это я еще одного убил!

— Сомнительно, — поморщился Хиро, не отрывая взгляд от дороги. — Винтовка — мощная штука, но такого ей не взять. Поучить только чуть-чуть. Эта скотина железная. Учитывай это.

— Они догоняют… — Агата затаила дыхание. Казалось, что ей снова привиделся самый страшный кошмар ее жизни.

— Значит, выбивай заднее стекло и бей по ним прямой наводкой. Патронов не жалей. Агата, куда?!

— Сейчас опять влево! Вот уже поворот!

Прогрохотали несколько выстрелов, и кто-то из зверей с воем отлетел в сторону.

— Почему они не нападают. — Агата встала на сиденье на колени и смотрела на преследовавших мутантов. — Ведь там же они напали практически сразу!

— Наверное, пока просто осваиваются. Они же разумные, им надо освоить местность. Понять, кто есть кто.

— Ну сейчас я научу их, кто есть кто! — Амаль еще несколько раз выстрелил. Пустые гильзы прыгали по салону, но звери так и продолжали бежать не снижая темпа, но и не догоняя.

— О дьявол! Еще! Они берут нас в клещи! Держитесь!

Впереди блестели несколько пар зеленых глаз. Хиро заложил крутой вираж, и машина запрыгала по кочкам пустыря.

— Агата, куда?!

— Держитесь правее. Там дорога.

Один из зверей отделился от стаи и стал стремительно нагонять машину. Амаль прицелился тщательнее, выстрелил, и тот с воем исчез в темноте. Но ему на смену пришел второй. С другой стороны за машиной гналась вторая стая, и из нее тоже выделился лидер, идущий наперерез.

— Он что, под колеса хочет? — Агате стало ужасно страшно от этой не рассуждающей стальной злости.