— О, — радостно распахнул объятия сержант Быков. — Охотники за привидениями!

— Ты-то хоть промолчал бы, — поморщился Макс. — Окажешь небольшую услугу? Мне нужен журнал происшествий от шестого июня.

Быков несколько раз коснулся экрана компьютера:

— Ну…

— Ага, — заглянул Макс, — вот Мира, двадцать два, куда ездил я… Но должен быть второй вызов, тоже анонимный, примерно в это же время…

Быков проволок список вызовов сначала вниз, а потом вверх:

— Ты уверен? Ничего нет…

— Никольский мне четко сказал, что дежурная группа куда-то уехала… Не думаю, что он мог напутать…

Макс вынул коннектор, включил громкую связь. В трубке закашляло, вздохнуло, и голос Никольского промычал что-то вроде: «Ы-ы-ы-ы…».

— Привет, Гоша, это Лебедев. Долг, ты же помнишь, платежом красен…

— Лебедев! Я тебя достану, — весь сон с Никольского, похоже, слетел за мгновение. — Сколько сейчас? Пятнадцать минут третьего… Ну ты и… Из отпуска своего выйдешь, и все, кранты тебе!

— Из отпуска еще выйти надо… Слушай, помнишь, ты говорил, что был тогда и второй вызов?

— Ну! Я туда дежурный наряд отправил…

— Вот только в журнале этого вызова нет…

— Да иди ты! Съезди в часть и проверь!

— Я уже здесь. Быков вот тебе привет передает. Дать ему трубочку?

— Э-э-э… — Никольский, похоже, растерялся. — То есть как, нет? Вы внимательно смотрели?

— Сам-то как думаешь? Очень внимательно…

— Ну не знаю… Вообще-то днем парни из НСБ заходили… Как раз по твоему делу. Копались в журнале. Может, они там чего-то начудили?

— А что вообще за вызов-то был?

— Да тоже странный. Мы думали, что шутники какие-то, и дежурная группа быстренько проверит и подскочит к тебе… Сообщили, короче, что целый дом вместе с жильцами исчез…

— Ну и?..

— Макс, — растерялся Никольский. — Ты где живешь? Ты вообще новости читаешь? Весь день об этом трындят!

— Мне как-то не до новостей сегодня…

— Вся пресса в истерике. Нету его, дома этого. Как будто никогда и не было. Мистика.

— Фью, — присвистнул Макс, — ты адреса, случаем, не помнишь?

— А как же! Проспект Солидарности… Дом шесть…

— Спасибо, дорогой! Хорошего тебе дальнейшего сна!

— Иди ты! — от души пожелал Никольский и отключился.

— И в самом деле, все пишут! На всех сайтах главная новость, — кивнул Быков.

— Ну что же, — Макс покачал головой, — пойду и я почитаю. Первоисточник.

Не успел Лебедев дойти от отдела до машины, как у него завибрировал коннектор. Это была Мила:

— Максим, ты вообще где?

— Конкретно сейчас стою на ступенях своего полицейского отделения…

— Ты среди ночи вскакиваешь, как полоумный, куда-то уносишься… Что прикажешь мне думать?

— Ну как что?.. Думать, что ты жена оперативника. Что я тебе очень люблю. Что мне надо решить кое-какие проблемы.

— Макс, какие проблемы можно решать в три часа ночи! — в голосе Милы появились стальные нотки.

«Ох, — подумал Макс, — вот так вот и происходит превращение невесты в жену. Но виноват-то в этом только я сам. Взял-то я ее хорошей…»

— Служебные, Мила.

— Да? И где ты их будешь решать?

Макс понял, что настроение у нее слишком серьезное, и потому про сауну шутить не стал:

— На проспекте Солидарности, дом шесть…

— Ой, — заинтересовалась Мила, и голос ее сразу смягчился, — это там, где дом пропал?

— И ты знаешь…

— Да весь день…

— А я вот не знал. Ладно, зайчик, я тебя люблю…

Вышедший с сигаретой на крыльцо Быков прислушивался к разговору и после того как Макс нажал отбой, глубокомысленно резюмировал:

— Женщина, Максим, это полная противоположность собаки. Собака, как известно, все понимает, а сказать ничего не может…

— Да тут я уж сам виноват, сорвался не пойми куда…

— Угу-угу, — иронично промычал Быков.

Макс махнул ему рукой и отправился к автомобилю.

До проспекта Солидарности ехать было недалеко. Тем более, по пустой ночной дороге. Через две минуты он уже опустил стекло и разглядывал издалека… Кстати, как это назвать? Место происшествия? Место случившегося? Место преступления? Можно и так, конечно, если быть уверенным, что исчезновение домов — это преступление. Но, во всяком случае, такой статьи, насколько он в курсе, в уголовном кодексе нет.