Но откуда взялся якорь и насколько он стар, ответа не было. Вдруг это якорь с простого рыболовного судна, стоявшего на реке, что обозначена на карте?

– Вот! Наконец-то! Дерево! Искривленные и треснувшие балки! – Мэлдред непроизвольно перешел на родной язык. Внутренний взор витал над строганым настилом, под которым угадывались замысловатые конструкции. Трухлявая, слежавшаяся за столетия ткань казалась мягче и теплей заботливо взбитой перины. – Парус! Или то, что от него осталось! – выкрикивал силач. – Привязан к рангоуту! Еще якорь! Кости! Много костей! Разбитый морской сундук!

Расстроенная Рикали стояла как вкопанная, не понимая, что происходит.

– Где Дамон? – рявкнул Мэлдред.

Полуэльфийка пожала плечами, хотя силач лежал лицом вниз и все равно ничего не видел.

– Приведите Дамона! – Пальцы мага замерли, глаза закрылись.

– Мэл, что с тобой? – чуть не плакала Рикали. – Уснул, – догадалась она тут же и, вздохнув, уселась рядом с сиваком. Единственное что оставалось – ждать Вейрека и Дамона.

Вейрек вернулся ближе к вечеру и заявил, что шел по следам Дамона почти четыре мили, что не намерен блуждать до ночи и оставлять жену в одиночестве. А если Мэлдреду так уж срочно понадобился Грозный Волк, пусть сам идет и ищет. Рикали не спорила, лишь приложила палец к губам и кивнула в сторону спящего силача. Вейрек послушно притих, расположился в ногах у полуэльфийки и закрыл глаза.

Дамон явился к заходу солнца.

Рикали вскочила на ноги, перехватив его на подходе к Мэлдреду, и потянула носом воздух.

– Где-то поблизости город?

– Восемь-девять миль отсюда. Совсем маленький. Скорее деревня.

Грозный Волк не удивился вопросу. Полуэльфийка обладала острым чутьем и наверняка уловила запах спиртного. Он действительно забрел в деревушку и навестил постоялый двор, откуда неслись манящие ароматы. Он сунул руку в карман, извлек холщовый сверток и протянул девушке.

– Оленина с перцем, – облизнулась Рикали и с жадностью проглотила поджаренные ломтики, даже не думая ни с кем делиться.

От Грозного Волка не ускользнуло, как Вейрек сузил глаза. «Ого! Молодой муж ревнив. Или показалось?» – ухмыльнулся Дамон, но тут же отбросил в сторону все эти переживания и направился к Мэлдреду. Опустившись на колени, он попытался разбудить друга.

– Я кое-что нашел прямо под нами, – сказал Мэлдред сквозь сон и похлопал ладонью по песку. – Не могу точно сказать, что это. Но думаю, надо посмотреть.

– Ты плохо выглядишь, – заметил Дамон.

– Чародействовать, друг мой, не так просто, как могло бы показаться. – Силач перевернулся на живот и что-то забормотал.

– Может, отдохнешь? Что бы там ни было внизу, оно пролежало всяко более трехсот лет и еще один день потерпит, – не удержался Грозный Волк.

– Спасибо. Я ценю твою заботу, но не так уж и устал. Смотри, сокровища, можно сказать, у нас в руках.

Магическая песня взметнулась над обрывом. Вейрек и Рики осторожно приблизились. На этот раз мелодия звучала глубже и гортаннее, громко, почти без колебаний – как горн, поющий на одной постоянной ноте. Мэлдред поддерживал постоянный тон, изредка останавливаясь, чтобы перевести дыхание, но после короткой паузы тихие переливчатые звуки снова плыли в ночи.

Дамон тут же вскочил на ноги и потащил Вейрека и Рикали назад. Земля мелко задрожала, потом затряслась сильнее. Камушки подпрыгивали, будто повинуясь голосу силача. Мэлдред и сам пятился на четвереньках, но не умолкал – следом расползалась широкая трещина.

– Во имя ушедших Богов! – закричал Вейрек.

Лицо юноши вытянулось от удивления, а ноги точно окаменели. Полуэльфийка дергала его за рукав. Сивак, исполненный благоговейного страха, двигался как зачарованный к разлому.

Там, где силач стоял вначале, образовалась щель с неровными краями, напоминающая открытую пасть голодного зверя. Тряска продолжалась. Все, за исключением драконида, отошли подальше; дыра больше не расширялась, а углублялась. Разбуженные заклинанием стихии действовали, как огромный коловорот.

Как только все стихло, Дамон потрогал ногой почву у самой кройки отверстия. Кусок глины отвалился и полетел в черную пустоту, затем глубоко внизу раздался грохот.

– Ничего себе, а я подумала, Мэл, что ты снова решил землетрясение устроить, как в Долине Хаоса, – погрозила пальцем полуэльфийка, прокралась вперед и с опаской заглянула в бездну. Вейрек тщетно пытался удержать жену.

– Плохо видно, – объявила она. – Яма очень глубокая, а света мало. Какая-то грязь, обломки скал и дерева.

– Дерево! – торжествовал Мэлдред. – Обработанное дерево там, где его вообще не может быть!

– Много дерева, – добавил Рагх.

Грозный Волк наклонился ниже, обостренное зрение легко пронзило темноту.

– Ого! Там много чего еще интересного, друг мой, – усмехнулся Дамон. – Мачты кораблей, куски парусины. А еще обломки «вороньих гнезд».

– Глупо заниматься этим ночью, – ворчала полуэльфийка. – Солнце уже садится, становится темно. Там внизу вообще ничего не видно. У нас нет ни фонаря, ни веревки. Даже если там и вправду сокровища, как мы их достанем?