Две девушки одновременно подались в сторону Грозного Волка, который приподнял голову, силясь осмыслить происходящее, и помахали ему; третья же продолжала перебирать густые каштановые волосы силача и покрывать поцелуями его широкоскулое лицо.

– А ты, сударь?… – наморщила лоб Эльсбет, проследив за взглядом Дамона. – Твоего имени я тоже не припомню.

Силач пропустил вопрос мимо ушей и скрылся под простыней вместе со своими подружками.

– Это Мэлдред, – с трудом произнес Дамон – язык распух от выпитого рома и, казалось, едва помещается во рту. – Мэлдред – наследный принц всех земель Блотена. Правда, выглядит он ничуть не лучше меня. Впрочем, на самом деле он синекожий людо…

– Эй! – рявкнул Мэлдред, вынырнув из-под простыни. – Думай, что говоришь! Тебе что, больше поболтать не о чем? Сам меня сюда затащил, и сам же…

Все женщины захихикали.

– Да пусть говорит, о Наследный Принц Блотена, – пропела Эльсбет сладким голосочком и запустила пальцы в волосы Дамона. – Вы можете делать все, что угодно. Хотите – разговаривайте… или…

Но наследного принца уже не было видно – он потерялся в жарких объятиях трех леди. Простыня, скрывавшая их, вздувалась и колыхалась, как паруса на ветру.

Эльсбет вновь повернулась к своему кавалеру и скорчила недовольную гримасу, заметив, что Атлас ластится к нему, а Грозный Волк медленно водит ладонью по гладкой спине эрготианки.

– Я знаком с одним эрготианцем, – рассказывал он. – Бывшим пиратом. – Дамон икнул и зажал нос, почуяв запах собственного перегара. – Его зовут Риг Мер-Крел. Не слышала когда-нибудь о таком?

– Нет. – Атлас приподняла голову и слегка подергала Дамона за густую бороду, тщетно стараясь плотнее прижаться к нему. – Эргот довольно большой, о бесстрашный истребитель драконов.

– Истребитель потомков, – поправил ее Грозный Волк. – Мне не довелось убить ни одного дракона.

«Да, был, конечно, морской дракон Брин, – подумал он. – Но ведь мне очень здорово помогли в той битве».

– Никогда не слышала о твоем Риге Мер-Креле, – продолжала девушка.

– Ну и хорошо, – ответил Дамон. – Риг бы тебе все равно не понравился. Хвастун и глупец. Ничего из себя не представляет.

– Мне ты нравишься, – вернулась Атлас к своему занятию. – А как насчет того, чтобы снять их? – Свободной рукой она попыталась распустить завязки на штанах Грозного Волка. Тот покачал головой и снова икнул. Эльсбет самодовольно взглянула на подругу и поинтересовалась:

– Может, для меня снимешь, сладкий мой? Вдруг тебе все-таки приглянется женщина повзрослее и не такая костлявая? Опыт бывает важнее молодости. Знаешь, наверное? Как хорошее вино, которое от возраста становится лучше.

– А вскоре превращается в отвратительный уксус, – вставила Атлас так тихо, чтобы никто, кроме Дамона, ее не услышал.

– Нет, – упрямо покачал головой Грозный Волк и попытался приподняться с постели. Однако Эльсбет удержала его. – Спасибо, но я все равно останусь в штанах.

Эльсбет просто зарычала от негодования.

– Точно чудной! – выдохнула Атлас и обратилась к Эльсбет: – Держи его здесь, а я схожу, принесу нашему воину чего-нибудь крепкого. Это поможет преодолеть неуместную застенчивость. Ему понравился пряный ром, так ведь? Да и наследный принц с нашими сестричками наверняка не откажутся выпить.

Страстная эрготианка встала, подхватила рубаху Дамона и накинула на плечи, потом оглянулась на кровать в противоположном углу комнаты, повернулась и, подмигнув Эльсбет, скрылась за дверью.

Эльсбет стерла пятнышко кармина с носа Дамона.

– Ты выглядел бы куда лучше, господин Дамон Эвран Грозный Волк, если бы немного привел себя в порядок. Особенно с таким замечательным мечом… – Женщина оценивающе посмотрела на клинок в ножнах, висящий на столбике кровати. Гарда меча имела форму соколиного клюва. – Спорю на что угодно – дорогая вещь. Да и это тоже. – Она ощупала заплечный мешок, почти целиком засунутый под кровать. – Я слышала звон монет, когда ты бросил его.

– Нет там монет, – заверил ее Дамон. – Только драгоценные камни. Причем самые разные.

– И у нас тут тоже настоящая драгоценность, – раздался звонкий голос с другой кровати, сама же говорившая продолжала прятаться под простыней, – Наследный принц и то, что он носит. У него на шее огромный бриллиант.

– Скорбь Лэхью, – вздохнул Дамон, вспоминая, что бриллиант называется так по имени Леса Лэхью в Лорринаре, где и была найдена эта бесценная вещь. Около трех месяцев назад он забрал драгоценность у Доннага и отдал Мэлдреду как плату за услугу, оказанную ими Вождю.

Эльсбет скрестила руки на груди: