— С долгом брата Бетани все утряслось, — сказал Эш, не тратя время на преамбулы. — Хорошая новость: тем подонкам, что напали на нее, нужны были только их деньги. И естественно, внушительный процент.

— Такие не преминут сорвать куш, — язвительно бросил Джейс.

— Теперь Бетани может успокоиться.

— Спасибо, дружище, — кивнул Джейс.

— Но есть и другая новость, не слишком хорошая. Я пока в ней не разобрался, но думаю, ты должен располагать всей доступной информацией.

Джейс опустил плечи и вжался в кресло:

— Что там еще?

— Брат Бетани. Джек Кингстон. Так вот: никакой он ей не брат. Кровного родства между ними нет. Но они были очень близки. Жили на улице с тех самых пор, как покинули последнюю приемную семью. Точнее, они не были в одной семье. Джек — он постарше. Правильнее будет сказать, с тех пор, как Бетани покинула свою последнюю приемную семью. Либо он подбил ее бежать, либо явился за ней и увел. Важно другое: с того момента они держались вместе.

— И что ты предлагаешь? — нахмурился Джейс.

Эш поднял руки:

— Старик, я ничего не предлагаю. Я добыл факты, а ты можешь делать с ними все, что сочтешь нужным. Бетани зовет его своим братом. Какой смысл она в это вкладывает — не знаю. Но не сбрасывай со счетов и возможность мошенничества. Не исключено, что у них с Джеком сговор и она выдаивает из тебя все, что возможно. Плюс легкий способ разделаться с долгами Джека.

Джейс задохнулся от злости, но тут же одернул себя. Было бы глупо не обращать внимания на слова Эша.

— Спасибо, — пробормотал Джейс.

— Прости, старик. Знаю, тебе это неприятно слышать. Возможно, все совсем не так, но и эту вероятность отбрасывать нельзя.

— Естественно, — кивнул Джейс.

У него зазвонил мобильный телефон. На дисплее высветился номер Кейдена. Джейс поднес палец к губам, прося Эша помолчать.

— Слушаю, Кейден.

Эш видел, что лицо друга с каждой секундой становится все мрачнее. Джейс слушал Кейдена и чувствовал, как внутри поднимается гнев.

— Продолжайте, — рявкнул он в телефон. — Ищите дальше. Я скоро приеду. — (Эш недоуменно смотрел на него.) — Бетани обманула телохранителей и исчезла.

Эш выругался:

— Что ты намерен делать?

— Если она собралась уйти от меня, пусть скажет мне это в глаза, — отчеканил Джейс. — Уж на это я вправе рассчитывать.

Запахнувшись поплотнее в пальто, Бетани шла по парку на Мэдисон-сквер, в очередной раз надеясь найти Джека. Она уже потеряла счет обойденным городским паркам. Кроме них, она обошла все их «заветные» места. И везде — никаких следов. Она даже побывала в приютах, куда в свое время они с Джеком наведывались. Вдруг для него нашлось место, где он сможет переночевать в тепле?

Бетани не собиралась запаздывать. Джейс будет недоволен. Нет, он будет просто в бешенстве. Ведь она обманула телохранителей — этих верных сторожевых псов, приставленных к ней Джейсом. Что она скажет в свое оправдание? Что по-прежнему тревожится за брата и потому ходила его искать?

Заикнись она о своем намерении раньше, Джейс усилил бы меры безопасности и ей пришлось бы гулять под руки с телохранителями.

— Бети, что ты здесь делаешь?

Знакомый голос ударил по ней, как хлыстом. Бетани порывисто обернулась. Джек стоял, скрытый тенями. Это было несложно: короткий зимний день начинал перетекать в сумерки.

— Джек, наконец-то я тебя нашла, — выдохнула Бетани. — Я так волновалась.

Она подошла к нему, собираясь обнять, но Джек отодвинулся и положил ей руки на плечи. Его цепкий взгляд скользнул по ее фигуре. Глаза были настороженными.

— Хорошо выглядишь, — тихо сказал он.

Он даже не спросил, где она была все это время. Он вообще ни о чем не спрашивал. Только смотрел на нее и говорил, как хорошо она выглядит. Можно подумать, что они просто добрые знакомые, случайно встретившиеся на улице.

Бетани поспешно сунула руку в карман пальто и достала сложенный листок с адресом. Листок она протянула Джеку:

— Джек, у меня теперь есть жилье. Замечательное место в Верхнем Вест-Сайде. Ты мог бы заглянуть ко мне. Там хватит места и для тебя. И там тебе ничего не угрожает.

Джек посмотрел на листок, затем, не разворачивая, сунул в карман.

— Слышал, тебе сделали больно, — дрогнувшим голосом произнес он. — Бети, знай, я не хотел, чтобы это случилось.

Бетани оцепенела. Ее захлестнул гнев. Она не собиралась сдерживаться или обходить молчанием вопрос, и сейчас не дававший ей покоя.