— Привет, Бетани, — тепло улыбнулся он ей, входя в квартиру.

— Привет, Эш. Джейса пока нет дома.

— Черт, — нахмурился Эш. — Я думал, он уже вернулся. Мне нужно передать ему папку. У нас тут возникла кое-какая проблема. Наверное, Джейс потому и задержался, что старается разрулить ситуацию.

— Что-то серьезное? — насторожилась Бетани.

— Ничего такого, с чем мы бы не справились, — улыбнулся Эш. — В нашем бизнесе такие встряски случаются сплошь и рядом. Работы от силы на день.

— Эш, входи, не стой на пороге. Ну у меня и манеры! Идем в гостиную. Уверена, Джейс появится с минуты на минуту. Хочешь горячего шоколада? Я как раз собиралась сделать себе.

— Не откажусь от кружечки, — отозвался Эш.

Былая тревога улеглась. Эш умел легко и непринужденно располагать к себе. Бетани прошла на кухню, быстро сделала две кружки горячего шоколада. В свою она добавила сахар, затем, немного подумав, подсластила и вторую кружку. Вряд ли Эш пил горячий шоколад без сахара.

— Спасибо, дорогая, — сказал Эш, принимая от нее кружку с дымящимся напитком.

Помешивая шоколад, он смотрел на Бетани. Она не села рядом с ним на диван, а выбрала кресло подальше.

— Как дела? — спросил Эш.

— Отлично, — нарочито бодрым тоном ответила Бетани.

«Врешь, девочка», — говорил взгляд Эша.

— У меня-то все хорошо, — вздохнула Бетани. — Я беспокоюсь за Джека. Глупо, конечно, но я ничего не могу с собой поделать. Наверное, это от чувства вины. Ведь я теперь живу в полном достатке, а у него по-прежнему ничего нет.

— Я бы так не сказал, — сухо возразил Эш. — Бесплатное жилье. Бесплатная еда.

— Ты прав, — снова вздохнула Бетани. — И вот это-то меня и злит больше всего. Джейс создал ему просто идеальные условия. Конечно, ради меня. Джейс его терпеть не может. Я Джейса понимаю. Джек не из тех, кто вызывает симпатию. Но Джейс все равно это сделал, потому что хотел, чтобы я была счастлива. А Джек ведет себя на редкость глупо. Оттого я и злюсь.

Бетани нахмурилась, осознав, что действительно злится на Джека. Привычное беспокойство за Джека все эти дни заслоняло другое чувство — злость. Своим поведением Джек показывал Джейсу, что не нуждается в его благодеяниях.

— Он же знает мой номер. Мог хотя бы позвонить, сказать пару слов. Неужели это так трудно?

Бетани чувствовала, что все сильнее злится на глупость и упрямство Джека.

— Мог бы, — согласился Эш. — Но послушай меня, дорогая. Перестань понапрасну терзаться из-за этого парня. Он взрослый человек. Ты не можешь решать за него. И винить себя перестань. Ты изменила свою жизнь. У него тоже есть шанс, но он не желает ничего менять.

— Ты прав, — пробормотала Бетани. — Мне нечего возразить. Но это тяжело. Очень тяжело развернуться на сто восемьдесят градусов. Многие годы у меня не было человека ближе Джека. Я привыкла волноваться за него, потому что всегда волновалась.

Эш вежливо откашлялся, давая понять, что тема Джека исчерпана.

— В общем-то, я хотел поговорить с тобой совсем о другом. И сейчас — наилучшее время, поскольку мы одни. С той ночи мы виделись всего пару раз. И то, о чем я хочу поговорить, не предназначено для посторонних ушей.

Бетани мгновенно покраснела. Боже мой. Неужели он собрался пуститься в воспоминания о той ночи? Она оцепенела и отвела глаза.

— Дорогая, посмотри на меня, — мягко попросил Эш.

Бетани вскочила с кресла, торопливо поставила кружку на кофейный столик и повернулась к окну, разглядывая панораму города. Нью-Йорк перемигивался огнями, встречая ранние зимние сумерки.

— Бетани.

Она едва не подпрыгнула, услышав голос Эша у себя за спиной. Она не слышала, как он подошел. Теперь ей не оставалось ничего иного, как повернуться к нему.

Эш осторожно коснулся ее плеча. Бетани нехотя повернулась. В глазах Эша было участие и понимание.

— Наверное, и ты думаешь, что я не гожусь для него, — тихо сказала она. — Особенно если вспомнить, при каких обстоятельствах мы тогда встретились…

Эш приложил палец к ее губам.

— Не говори ерунды, — резко возразил он. — Я должен перед тобой извиниться, что и собираюсь сейчас сделать.

— Извиниться? За что? — недоуменно выпучила глаза Бетани.

— Вначале я действительно думал, что ты не подходишь Джейсу. Я ведь его друг и, естественно, беспокоился за него.

Бетани кивнула. Ей стало очень не по себе. Она и без слов Эша понимала: друзья Джейса не были в восторге от ее появления в его жизни. Но одно дело, когда об этом думаешь сама, и совсем другое — услышать подобное от других. Слова Эша больно задели ее.

— Так вот: я ошибался.

— Ты… ошибался? — изумленно заморгала Бетани.