– Я думаю, нам надо обо всем рассказать Райбену. Давай отведем ее к нему. Посмотрим, что он скажет.

Они застали Райбена спящим. Старик проспал последние несколько часов, пока бушевал буран.

Йен Чо тихонько разбудил его.

Райбен вскрикнул, и его передернуло.

– Булмунк! – внезапно во всеуслышание объявил он. – Это же булмунк! Он говорил со мной в моих сновидениях!

Себастьян и Брюд снова переглянулись, а затем перевели взгляд на девушку, стоявшую у входа в палатку.

– Странно. Не похоже, чтобы это было совпадением! – пробормотал Себастьян.

Панди протиснулась внутрь, ближе к Райбену.

– Расскажи ему свою историю, Индира, – сказала Брюд. – Не надо ничего скрывать от мистера Арнтаджа.

И Панди снова принялась рассказывать. Слушая девушку, Райбен почувствовал, как прежде неведомый, необъяснимый холод пробирает его до костей.

– Лаштри-3, – прошептал он. – Ванг Оормликооул.

– А что это? – удивился Себастьян.

– В эру Красного Сейгфана, более двух тысяч лет назад по земному времени на Лаштри-3 была колония лаовонов. Внезапно колония подверглась атаке со стороны пришельев и была уничтожена. В ответ лаовоны ядерным оружием испепелили поверхность планеты до голых камней.

– Эта биоформа, какая она из себя? Это гуманоиды? – поинтересовался Себастьян.

– К великому сожалению, неизвестно. Лаовонам не удалось схватить ни одного из них. Говорят, они способны принимать любые формы и очень разнообразны по размерам и виду.

– И вы полагаете, что она говорит именно о них? Райбен кивнул:

– Я видел те же вещи, те же образы в своих снах. Говорю вам, булмунк где-то поблизости, и он пытается предупредить нас.

– То есть вы хотите сказать, что он чувствует угрозу из космоса? – спросила Брюд Дара.

– По-моему, да. Он должен ее чувствовать.

Райбен с трудом поднялся на ноги, натянул на себя куртку и сапоги и, спотыкаясь, выбрался из палатки. Было холодно и темно, до рассвета оставался еще примерно час.

Остальные вышли вслед за Райбеном и сгрудились вокруг. Панди почувствовала, как слезы застывают у нее на щеках, и смахнула их тыльной стороной рукавицы.

Райбен попытался открыть свое сознание булмунку, но из этого ничего не вышло. В его мозгу не возникло никаких новых образов. Наконец старик приоткрыл глаза:

– Не получается. Я хотел установить с ним контакт, но, как мне кажется, я не могу пробиться через какую-то невидимую преграду.

Остальные молча смотрели на старика. Внезапно на краю опушки показалась высокая фигура, свет звезд играл неяркими бликами на ее хитиновой оболочке.

– Смотрите!

Все дружно ахнули. Существо тут же попятилось и исчезло в лесной чаще.

– К нам пришел булмунк! Я был прав. Но почему он не связался с нами посредством телепатии?

– Может быть, люди становятся чувствительными к ней во сне? – высказала предположение Брюд.

– Что ж, звучит вполне убедительно, – согласился Райбен.

– Что же нам делать? У нас нет передатчика. Нет даже самого обыкновенного радио!

– Надо выбираться из гор, выходить на шоссе. Придется пройти весь путь пешком.

Райбен умолчал о том, что особенно тревожило его. В случае непредвиденных обстоятельств – если он не выходил на связь со своим офисом, скажем, в течение трех-четырех часов – на его поиски обязан был вылететь вертолет. Буран утих часов двенадцать назад, но вертолет так и не появился. Это встревожило Райбена не на шутку. Перед ответственными чиновниками в главном офисе небоскреба Арнтаджа стояла одна-единственная задача: следить, чтобы Райбен оставался в живых и не подвергался опасности.

– В городе творится что-то неладное. Я в этом уверен. Давайте позавтракаем и отправимся в путь. Нам надо выяснить, что происходит.

Они свернули палатки и, перед тем как двинуться в путь, наскоро перекусили.

Райбен выбился из сил уже через два часа, когда они оставили за спиной восемь нелегких километров горной тропы, не приблизившись к цели и наполовину. Вскоре, не пытаясь строить из себя героя, он свалился в снег. Его спутники обступили старика. Пришлось принимать экстренные меры. Райбена завернули в спальный мешок, и Йен Чо перебросил ношу через плечо.

Ему удалось продержаться семь километров, но затем у него стали подкашиваться ноги. Себастьян взял у Йена ставшую непосильной ношу. Арнтадж весил не более шестидесяти килограммов, но снег был глубок, и тащить на себе человека в таких условиях было тяжким трудом.

Пройдя первый километр, Себастьян тоже начал выбиваться из сил, а после третьего уже не мог сделать и шага.

Теперь старика взяла Брюд и потащила дальше. Йен Чо еще не оправился, но он шел следом за Брюд, чтобы подхватить Райбена, если та вдруг уронит его.