Глаза Сильмары расширились, она замерла на месте, но спросила спокойно:

— Объяснишь, как все было?

— Сейчас девчонки прилетят — все расскажу. Все как есть. В двух словах: я освободил все живые управляющие мозги механизмов этой цивилизации. Они взбунтовались, и теперь только они управляют кораблями.

— О демоны! Вот это новость… Ты понимаешь, что сейчас творится на планете? Хаос! Паника!

— Они это заслужили, тебе не кажется? Привыкнут. Позитронные мозги есть, так что все будет нормально. Иди принимай «Соргам». Он уже входит в трюм.

Сильмара исчезла, а Слава, удовлетворенно вздохнув, устроился перед громадными экранами, показывающими то, что происходит на планетоиде.

Картина была завораживающей: в небе появлялись черные точки, которые увеличивались с каждой секундой, и скоро становилось видно — это корабли. Огромные, различной формы и расцветок, они выстраивались стройными рядами на космодроме возле Шаргиона, как солдаты в воинском строю. Некоторое время ничего не происходило, а потом их шлюзы начали открываться, и наружу полезли экипажи, состоящие из людей и наемников различных рас.

Не обошлось без печальных инцидентов — несмотря на то что Слава через мозг корабля предупредил экипажи о правилах на Саранге, некоторые решили, что правила, законы — это не для всех. Расчет произошел тут же, не отходя от кассы: сверкнули белые молнии, и те, кто посмел выехать из кораблей на боевых скутерах или вылететь на флаерах, превратились в пыль или в оплавленный сгусток металла. Боевые платформы работали безупречно и ювелирно точно. Так, что не пострадали те, кто стоял рядом в двух шагах от погибших. Это сразу же научило остальных, как надо себя вести в чужом монастыре, и остальные боевые машины остались на месте.

Увы, на двух кораблях все-таки сумели добраться до гашетки. Из них шваркнули длинные белые молнии в сторону боевых платформ, и тут же гигантская невидимая рука накрыла мятежные звездолеты и стала сжимать их невероятным прессом. Это происходило медленно, и скорее всего большая часть людей из них успела убежать, кроме капитанов, отдавших глупый приказ. Они были настолько глупы, что остались на месте среди рушащихся, скрипящих и трещавших переборок кораблей. Через несколько минут на месте гордых крейсеров остались лишь плоские лепешки, сияющие в лучах алусийского светила обшивкой корпуса, из которых валили клубы дыма и тек расплавленный металл — высвободилось много энергии. Славе было жалко корабли, но ему нужен был наглядный пример, чего стоит неповиновение. А кораблей у него хватит — предстояла инвентаризация судов на космодромах Саранга, да и в боксах станции хранились драгоценные шаргионы, каждый из которых стоил десятков обычных судов.

— Славка! Чудо! — Наташа влетела в рубку и повисла на шее у Императора. — Ты все-таки сделал это! Лерка, айда его качать, целовать и лелеять! Хватай!

Девушки набросились на Славу, Лера схватила его сильными руками и без напряжения подкинула вверх. Наташа стояла рядом и кряхтела, всех видом показывая, как она трудится, в поте лица участвуя в чествовании мужа.

Слава летал вверх с мученическим выражением лица, поглядывая на своих мучительниц и сложив руки на груди. Потом, когда ему надоело, при очередном подбрасывании он повис под потолком и, ухмыльнувшись, спросил:

— Успокоились? Всё? Ага.

— Всё, — кивнула головой Наташа. — Спускайся. Кстати, я тоже хочу так летать! Сделаешь, чтобы и я летала?

— Когда-нибудь, — кивнул головой муж и мягко приземлился в кресло. — Всё видели? Вопросы есть?

— Куча! Но первый: куда делись Гена и Надия?

— В своей каюте, — пожал плечами Слава. — Занимаются тем, что им больше всего нравится.

— Читают техническую литературу, да? — понимающе кивнула Наташа. — Тебе не кажется, что ты пригрел сексуальных маньяков?

— Хм… тогда в нашем полку прибыло, — рассмеялся Слава. — Чья бы коровка мычала, а, Наташ? Знаю, все знаю… но молчу.

— И молчи, — слегка покраснела Наташа и перевела разговор со скользкой темы (она поняла, что Слава знает про Антуга; скрыть что-то от него совершенно нереально). — Так ты расскажешь, как приземлил тут все корабли? Как все прошло?

— Сильмара здесь? Ну слушайте…

Рассказ длился недолго. Слушатели охали, ахали, в середине рассказа появились слегка помятые, раскрасневшиеся Гена с Надией, довольные, как коты, объевшиеся сметаны. А после окончания эпического повествования все засыпали Славу вопросами — уточняя, интересуясь, выясняя.

Гена был очень удивлен тем, что мегамозг Саранга осознал себя как личность, и высказал предположение, что тот сам по себе эволюционировал за миллионы лет. А еще его удивило, что он лично так долго прожил. Для него эти годы пролетели как один миг — без воспоминаний, без событий: вот только что было вчера, а теперь наступило сегодня. Новое «сегодня».

Но Гена все объяснил способностями Славы — уникальными, такими, какие бывают раз в миллион лет. А может, и реже. Вот щелкнуло что-то в мироздании, сложились кирпичики — и появилось такое существо, как Слава. Совпадение обстоятельств, времени, места и множества, множества факторов, рассчитать и предугадать которые невозможно. И кто знает, может быть, это — образование новой расы демиургов, и ему теперь нести бремя оплодотворения планет на века вечные.