— А знаешь что? Давай-ка со мной в сечь пойдем? — предложил Никита.

— А, что это? Далек ли путь? — Ваня вопросительно посмотрел на Никиту.

— Далеко, не далеко, а за правое дело будешь биться, за родную землю, против польских панов, и их зверских законов. Что бы выгнать польских панов. Мы казаки, ничего не боимся. Не страшна нам смерть, всем рано или поздно помирать, так лучше прожить достойно и умереть с честью для своей земли. Ради воли и жизни твоего сына стоит побороться. А? Как ты думаешь?

— Что значит воля? То есть, нет панов? — вопрошал Ваня, слегка заинтересовавшись словами казака.

— Нам паны не указ. Мы вольные казаки. У нас есть свой устав. Наши руководители — атаманы и сотники выбираются методом свободного голосования на круге, где собираются лучшие казаки. И вера у нас православная, а не эта языческая — католическая, которую нам поляки хотят навязать. — Никита сплюнул слюну на землю. — В католической вере священники назначаются вышестоящими, а в православной вере мы сами назначаем. То есть свобода и здесь у нас присутствует.

— Про веру то я понял. А, что до платы на землю, и есть ли она у вас?

— Земли у нас, сколько хочешь и можешь обрабатывать. Земля у нас богатая, она всех прокормит. Природа добра и не жадная. А платы у нас нет, разве мы свиньи польские. Мы свободные казаки. Принуждения у нас нет. Живи, как хочешь, ни кто тебя не тронет. Тебе подходит такая жизнь? — он пристально посмотрел на собеседника.

— Да, это интересно, словно сказка какая.

— Я думаю, что ты и твой мальчонка — славными казаками будете. Хорошими хозяевами земли нашей.

— А, что тут думать, выбор у меня с сынишкой не велик. Здесь в лесу, я не смогу его прокормить. Нам нечего терять.

— Вот и прекрасно. Верное и мудрое решение ты принял. Зачем разбойничать без толку. И себя погубишь без смысла и мальчишку загубишь. Рано или поздно польские военные отряды подойдут и побьют вас. Поначалу окружат и голодом морить будут, а когда вы сдадитесь, они порешат всех по своим свинячим законам, никого не пощадят. Слыхал про отряд Наливайко.

— Да, слышал. Всех побили.

— А ведь ребята бились отважно. У нас ты будешь в безопасности, нас много и мы в обиду своих украинцев не дадим. Польские псы боятся наших клинков. Поэтому они не суют свой нос в наши Запорожские земли. А сунутся, мы их таким градом железного гороха угостим, в век помнить будут.

— Хорошо. Я согласен послужить нашему отечеству верой и правдой. И сына своего буду учить, как защищать и не боятся врагов наших. — Ваня поцеловал свой деревянный крестик, который висел у него на шее.

Длинные языки пламени костра отбрасывали причудливые тени, освещая лица собеседников, окрашивая в красноватый оттенок.

— У нас, у казаков есть такой обычай. Если ты хочешь стать мне братом, то мы должны поменяться нагрудными крестами. Если ты не против, давай сделаем это. Я помог тебе, а ты мне.

— Давай, — согласился Ваня.

Они обменялись своими крестиками. Никита дал Ване свой серебряный, а Ваня отдал Никите свой деревянный маленький крестик. После этого они крепко обнялись.

— Ну, Ваня, — сказал твердо казак. — Теперь мы, как родные братья. Ради тебя я готов на все, что ты пожелаешь. Готов жизнь свою отдать.

— А я ради тебя на все пойду.

— Теперь, ты можешь не волноваться за сына. Если, что с тобой будет, я подниму его на ноги, не щадя жизни и здоровья своего.

— Ты знаешь, — задумался Ваня, — у меня есть одно дело незавершенное.

Было решено покинуть лагерь этой ночью. Втроем они доехали до имения пана Ковальского. В то время пан и его приятели сильно напились и улеглись спать в роскошном панском доме. Ваня и Никита решили ночью поджечь дом пана — это и было то незавершенное дело, о котором сказал Ваня. После этого уже завершенного дела, Ване оставалось только одно — побывать на могиле Маруси. Он не знал, где находилась ее могила. Так как была ночь, то спрашивать не кого было, да и опасно, повсюду рыскали польские солдаты, которые искали поджигателей панского дома. Стоя на поле, где вчера вечером лежало бездыханное тело Маруси, он поклялся вернуться и отыскать ее могилу.

Оседлав панских лошадей, они отправились на юго-восток страны, в Запорожскую сечь. Прошло несколько дней их похода, пока они не повстречали обоз, в котором были украинцы с одной из деревень. Угнетаемые панами, они были вынуждены покинуть свое село, и искать другие земли, свободные от польской шляхты. Среди них были и вольные казаки. Было решено присоединиться к обозу, так как их пути совпадали. Всего в обозе было около шестидесяти человек. Из них двадцать пять — казаков. Путь был тяжелым и опасным. На их пути могли повстречаться татары и разбойники. Татары были знамениты своими опустошающими и безжалостными набегами на украинские села. Да и от поляков ничего хорошего они не ждали, польские отряды так и рыскали в поисках разбойников, и подчас не разбирались, кого встречали на своем пути. Простые селяне, вольные казаки — все для них были потенциальными разбойниками, которых нужно уничтожить. Польские отряды были хорошо вооружены и уничтожали всех, кто против польского права и католической веры. Возвращали беглых крестьян в кандалах бесчинствующим панам — их владельцам, на их безжалостный суд.