— Нет, не надо так. Я же по-хорошему. — Грозно сказал пан. — Пойдем со мной. Я покажу тебе твое место работы. Идем ко мне в спальню. Там ты узнаешь, какую работу должны выполнять подданные моего величества.

Он силой начал тащить Марусю за собой. Маруся сопротивлялась изо всех сил, но силы были неравными. Она уже поняла, что попала в западню. Пан, видя, что ему сопротивляются, в злобе начал разрывать на Марусе ее платье. Марусе удалось оттолкнуть пана, и пока тот поднимался, она быстро схватила со стола вазу и со всего размаху разбила ее о голову пана. Марек упал на пол, а испуганная Маруся пустилась бежать прочь от этого места. Она прекрасно знала, что теперь, за то, что она сделала, ей грозит лютая смерть. Но думала она в эти минуты не о себе, а о маленьком беззащитном сынишке, который ждал ее дома в детской кроватки. Выбежав во двор, она побежала к своему дому, что бы забрать своего маленького сына, а затем, вместе с ним покинуть родную деревню. Сердце ее содрогалось при мысли, что ее поймают люди пана. Увидев польских солдат и приятелей пана она резко остановилась, и что бы не вызвать у них подозрение пошла шагом. Пройдя мимо них, она услышала смех позади себя. Выйдя за ворота, она пустилась бежать. По дороге ее мысли переплетались, иногда она не понимала, что происходит, сознание туманилось, от слез дорога расплывалась, но мысль о своем маленьком сыночке приводила ее чувства и переживания в разумные действия. Она понимала, что подвела Ваню, и что прощения от пана не будет. В ее голове все путалось: «А что, если я убила пана, меня поймают и расстреляют. А, если он жив. О боже, — она вздрогнула при этой мысли, — что если он жив. Он же лютый зверь. Он и клочка живой кожи не оставит на мне. А, как же мой ребенок? Кто позаботится о нем?». Маруся ускорила свой бег. По дороге, от волнения, она несколько раз падала, разбивая колени до крови, но вновь поднималась и продолжала бежать, не чувствуя били. Прибежав домой, она, прежде всего, вытащила своего малыша из кроватки, где он мирно спал. Мальчик проснулся и начал громко плакать.

— Не бойся, не плачь. Пожалуйста, — умоляла она его, нежно целуя и прижимая теплый живой комочек к сердцу.

Но мальчик не останавливался и начал еще больше плакать. Маруся вынесла Петра из дома, держа его на руках. Но вдруг услышала за своей спиной далекий стук лошадиных копыт и чьи-то яростные крики. Она испугалась. «Это погоня, погоня за мной…» — думала Маруся. Забежав обратно в дом, она подбежала к окну комнаты и, открыв его, покинула свой дом. Она спряталась за сарай, расположенный позади дома. Чьи-то шаги послышались в ее доме. Она призрачно услышала голоса.

— Ищите ее. И младенца тоже. Найдя его, мы и ее отыщем. Без своего сына она не уйдет. Я чувствую, она где-то здесь, — звучали голоса, словно жестокий приговор.

Маруся посмотрела на Петра. Мальчик, словно чувствуя опасность, прекратил плакать. Он начал играть с ее нагрудным крестиком.

— Пожалуйста, Петруша. Не кричи и не плачь. Нам надо добежать до леса, там мы будем в безопасности.

Маруся, держа мальчика на своих руках, осторожно отошла от сарая и, что есть силы, побежала по полю в направлении леса. Но ей не удалось сделать это незамечено. Фортуна сегодня отвернулась от Маруси. Не прошло и пяти минут, как они были замечены паном и его приятелями. Увидав Марусю, пан приказал всем его слугам и солдатам пустится в охоту на нее, словно на зверя. По его приказу выпустили охотничьих собак, дабы «дичь» не ускользнула. Маруся задыхалась от волнения, ей не хватало сил, что бы добежать до леса. Она поняла, что проиграла. Ее судьба была предрешена. С болью в сердце и с призрачной надеждой она бросила взгляд в сторону леса. Но, как же быть с ее маленьким Петрушей. Заметив небольшой овраг, расположенный неподалеку от нее, она бросилась туда.

Марек Ковальский оседлал лучшего жеребца. С друзьями и в сопровождении слуг он мчался по полю. Впереди бежали свирепые псы. Маруся опустила сына на землю, сняла свой нагрудный деревянный крестик и одела его на сына. Она решила спрятать Петрушу в небольшом овраге. Что бы собаки ни обнаружили его, она взяла лежащий рядом коровий навоз и им измазала Петрушу.

— Не плачь только, мама скоро придет, — на глазах у матери выступили слезы, — прости меня сынок. — Она отбежала от Пети и, выбежав из оврага, направилась в сторону леса.

— Догоняй! — Кричал Марек. Его лицо стало красным от ярости. — Окружай! Обрезайте путь.

Маруся спотыкнулась, но тут же поднялась и побежала дальше, затем опять спотыкнулась и упала. Ее сердце бешено колотилось в груди, дыхание участилось так, что она начала задыхаться. Она пыталась не уйти от преследования, а отбежать подальше от оврага. У нее сильно болело колено. Она поднялась, и уже прихрамывая, продолжила свой путь. Марек не хотел, что бы его друзья из Польши скакавшие рядом с ним и, участвуя в этой безумной погоне, узнали о происшествии в его доме. По приказу Марека были выпущены псы. Через минуту собаки догнали совсем обессиленную Марусю и окружили ее. Сначала собаки сбили ее с ног, а затем набросились на нее. Маруся отчаянно отбивалась и сопротивлялась смерти, но силы были слишком неравные и она сдалась. Над ее разорванным телом еще три минуты бесчинствовали животные. Первым к ним подбежал дрессировщик собак, который приказал собакам отойти в сторону. Собаки повиновались. Бездыханное тело Маруси лежало недалеко от леса в поле, которого Марусе так и не суждено было пройти. Широко раскрытые, красивые, темные глаза Маруси смотрели на бескрайнее голубое небо. Ее душа отходила в мир иной, туда, где нет насилия и жестокости, где нет панства и несправедливости.

Толпа людей окружила тело несчастной. К ним подъехал Марек. Испугавшись, что Маруся еще жива, он, подбежав к толпе, закричал.

— Воровка! Она воровка! — Но, приблизившись к трупу, он замолчал.

В те времена паны были полными хозяевами на своих землях, незаконно отобранных у жителей деревень. Пан был хозяином над землей и людьми. В его власти были судьбы, некогда свободных людей. В одном лице — паны представляли власть и суд. От слова пана зависела жизнь тех, кто работал на него. Тело Маруси похоронили на кладбище, которое находилось за деревней.

Судьба маленького Петра была иной. Мать, пожертвовав собой, спасла его жизнь. Его не обнаружили. Волею судьбы, его нашел один казак, который проезжал мимо деревни направляясь в Запорожские земли, на сечь. Сечь — это место, где собиралось казацкое войско. Случилось так, что ночью на казака напали разбойники. В отряде разбойников был Ваня — отец Петра. Он узнал своего сына. От казака, которого звали Никитой Коваленко, Ваня узнал о трагической судьбе его молодой жены Маруси. Так Ваня познакомился со спасителем своего сына. Ваня сразу же опознал маленький деревянный крестик, который висел у младенца на груди, подаренный ему его матерью перед смертью. Разбойники располагались в лесу. Ваня тяжело переживал за гибель Маруси. Удивительная встреча с сыном, ему показалась божьим знаком. Ночью было решено: казак Никита и Ваня с сыном уйдут от разбойников и направятся в Запорожскую сечь. Они сидели у дерева, недалеко от пирующих приятелей Вани. Казак рассказал Ване о том, что ему удалось узнать о случившейся трагедии от жителей деревни. Ваня молчал и смотрел в темноту, на его глазах выступили слезы. Он вспомнил, как он договаривался с Марусей о побеге, за день до трагических событий.

— Никита, я в долгу перед тобой, — сказал Ваня, вытирая слезы.

— Я думаю, что и ты бы так же поступил, будь я на твоем месте.

— Знаешь что, давай я выведу тебя из леса и отпущу, пока наши ребята будут спать.

— А, как же ты? Так и будешь разбойничать, ведь у тебя сан?

— Нет. Я не знаю, — Ваня задумался. — Ты прав. Теперь я с младенцем. Он мне дороже всего на свете. Смотри, как он похож на мою Марусю.

Маленький Петр лежал рядом с Ваней и сопел во сне.

— Ради него, я готов жизнь свою отдать, — твердо произнес Ваня.