Я понимаю, что это ужасная идея, но, крадучись по квартире, по холлу и проходя в Коридоры, я молюсь, чтобы в приемной сегодня дежурил Роланд. Заходя в Архив, я надеюсь увидеть его красные кеды, но вместо этого вижу черные кожаные сапоги на высоких каблуках, закинутые на стол. Двери в Архив закрыты. Девушка с волосами, поцелованными солнцем, листает блокнот, сунув ручку за ухо.

— Мисс Бишоп, — окликает Кармен. — Чем я могу вам помочь?

— Роланд здесь? — спрашиваю я.

Она хмурится:

— Извините, но он сейчас занят. Ничего не могу поделать.

— Я хотела увидеть брата.

Она снимает ноги со стола и ставит их на пол. Ее зеленые глаза наполняются печалью:

— Мисс Бишоп, это не кладбище.

Странно, что кто-то такой молодой обращается ко мне так официально.

— Я это знаю, — осторожно возражаю я, стараясь гнуть свою линию. — Я просто надеялась…

Кармен достает ручку из-за уха, отмечает место, над которым работала, затем откладывает книгу и скрещивает пальцы над столом. Каждое ее движение методично и выверено.

— Иногда Роланд разрешает мне навестить его.

У нее на переносице появляется небольшая морщинка:

— Знаю. Но это делу не поможет. Я думаю, вам стоит…

— Пожалуйста, — прошу я. — В моем мире от него не осталось никакой памяти. Я просто хотела бы посидеть у его ящика.

Спустя несколько долгих, бесконечных моментов она берет в руки блокнот и что-то быстро в нем записывает. Мы ждем в молчании, и я рада этому, потому что плохо слышу через свой яростно стучащий пульс. Двери за спиной Кармен открываются, и из них выходит Библиотекарь.

— Мне нужно передохнуть, — говорит Кармен, для убедительности разминая шею. Библиотекарь — Эллиотт, как я помню, — покорно кивает и занимает место за столом. Кармен указывает на двери, и я прохожу в Атриум. Она заходит следом и плотно закрывает за собой двери.

Мы шагаем через зал и поворачиваем в шестое крыло.

— Что бы ты делала, — спрашивает она задумчиво, — если бы я сказала «нет»?

Я пожимаю плечами:

— Наверное, побрела бы домой.

Мы проходим небольшой дворик.

— Я не могу в это поверить.

— А я не могу поверить, что ты сказала бы «нет».

— Почему? — удивляется она.

— У тебя очень грустные глаза, — признаюсь я. — Даже когда ты улыбаешься.

Она колеблется:

— Мисс Бишоп, я, может быть, и Библиотекарь, но даже у нас есть люди, по которым мы скучаем. Которых хотим вернуть. Это очень непросто, быть так далеко от живых и так близко к мертвым.

Я никогда не слышала, чтобы Библиотекари говорили такое. Будто луч света выбился из-под застарелой брони. Мы поднимаемся по короткой деревянной лестнице.

— Но почему вы выбрали такую работу? — спрашиваю я. — Это так необычно. Вы так молоды…

— Для меня это повышение было большой честью, — торжественно и абсолютно бесстрастно говорит Кармен. Я понимаю, что она снова вошла в свою роль, закрыла лицо маской.

— Кого вы потеряли? — не отступаю я.

Кармен улыбается, ослепительно и одновременно горько:

— Я — Библиотекарь, мисс Бишоп. Я потеряла всех.

Я не успеваю ничего ответить, потому что она открывает дверь в большую комнату с красным ковром и креслами по углам. Затем подводит к самой дальней стене с полками. Я протягиваю руку и касаюсь таблички с именем.

Я просто хочу его увидеть. Только и всего. Мне необходимо его увидеть. Я прижимаю ладонь к ящику и ощущаю, как меня к нему тянет. Как он мне нужен. Неужели Истории, запертые в Коридорах с осознанием того, что за дверьми скрывается что-то необходимое, ощущают то же самое? Надеются, что стоит им выбраться…

— Что-нибудь еще, мисс Бишоп? — осторожно спрашивает Кармен.

— Могу я на него посмотреть? — молю я. — Хоть одним глазком.

Некоторое время она колеблется, но затем, к моему удивлению, подходит к полкам и достает из кармана тот же ключ, которым обезвредила Джексона Лернера. Золотой, острый и без зубчиков. Она вставляет его в скважину на ящике Бена, и раздается мягкий щелчок. Ящик выдвигается на сантиметр и замирает. Я вся подбираюсь, как пружина.

— Несколько минут, — шепчет Кармен, — не более.

Я киваю, не в силах отвести взгляд от маленького зазора пространства между стеной и раскрытым ящиком. Полоска непроницаемой тени. Я слышу, как уходит Кармен. И тогда я протягиваю руку, хватаюсь пальцами за край ящика и выдвигаю его.

Я раскачиваюсь на качелях, переставляя ноги с пятки на носок, а ты вынимаешь мелкие деревянные щепочки из рамы.