Государственные экзамены сдал по своему стандарту - на "хорошо". Далее меня ждала преддипломная практика в отделе Валентины Ивановны.

Интерлюдия 8.

Зифари. Большая Свалка.

"Что нам стоит, дом построить - нарисуем будем жить." Однако все не так просто у нас получилось. Если на мусорнике каждый сидит в своей дыре и "что хочу то и ворочу". То на понтоне, пусть и достаточно большом, жить уже приходилось коллективом. Пусть и достаточно однородным, но тем не менее, приходилось приспосабливаться друг к дружке. Мы с командой Варуха размонтировали свои старые охранные системы и адаптировали их к новым условием на понтоне. Теперь приходилось осуществлять еще и подводный контроль. Крыша эсбистская - крышей, а паранойя основа бдительности. Да и крыша иногда... едет.

Планировку жилья и инфраструктуры сначала пытались сделать самопальной, но мы с Кирхом настояли на том, чтобы это для нас сделали специалисты. Естественно, что решение этой задачи и возложили на нас. Пришлось, вместе с Гильтом, идти на поклон к эсбистам для проведения посреднических переговоров по планетарной сети. Прямого выхода в сеть они нам не давали, даже со своих коммуникаторов. Хотя у нас уже тоже были коммуникаторы, запрашивать с них доступ к сети было опасно. Пеленг на сканерах эсбистов брался с точностью до метра - рисковать не стоило.

На встречу взяли, из общего фонда , три крупные разноцветные жемчужины: розовую, голубую и светло-зеленую. Было очень плохо , что мы не знали их цены.

При добыче жемчужин, мы чуть не потеряли троих парней, когда они подверглись нападению стаи гигантских мурен. Я тогда погружался вместе с ними, испытывая новый батискаф, предназначенный для больших глубин. Ходили слухи, что на больших глубинах часто попадалась космическая техника Содружества и не только. Поэтому успел пальнуть по стае серией импульсов, пока у бортового стационарного гравидеструктора не закончилась энергия. Деструктор сработал после команды к действию, автоматически, по отметкам на экране в режиме свой-чужой. Однако в живых остались две твари и пока мы их прикончили, порвали трех ребят. Батискаф был укомплектован переходным шлюзом и барокамерой ( батискаф мы прятали на дне и входили в него под водой), куда и поместились шестеро: трое раненных и трое парней, что их внесли. Благо, что к этому времени мы обзавелись кибердоком и медицинской и стазис - камерами. Вот и наладили для ребят круговой конвейер: медкамера - кибердок - стазис-камера -медкамера, как предложил Кирх. Управленец, что сказать.

Ребят удалось спасти и именно в этом глубоководном месте, мы нашли скопище раковин-жемчужниц с цветным жемчугом идеально круглой формы и большого размера.

Вопрос об оплате услуг архитектора и эсбистов стоял первым в программе переговоров, поэтому Гильт просто положил перед главным футляр с жемчужиной нежно-розового цвета. Тот его открыл и мгновенно захлопнул, не давая взглянуть на жемчужину коллеге и спросил:

– Сколько их?

Вот здесь он прокололся, и уже я вступил в переговоры:

– Командир, давай не будем выяснять кто из нас хитрее. Во-первых, это конечно, не единственный экземпляр. Во-вторых, мы с тобой договоримся о десяти процентах твоей комиссии. И все. Дальше пошел торг, где солировал уже Кирх. Остановились на двадцати процентах комиссионных, при полном непротивлении сторон. Сказать, что цена жемчужины оказалась большой - мало. Она была очень большой. Нам хватило трех жемчужин: на проект, на оплату работы техника строителя с комплектом дроидов и на много разных бытовых мелочей.

В тоже время возникла реальная опасность общине, ведь сильные всегда желают получить максимум. За счет слабых. Нужно было становиться сильными или...уходить с планеты. Ну что же, будем настороже, а жизнь план покажет. Главное, чтобы все в общине осознали опасность.

Стандартный жилой дом на четыре квартиры, получился с мансардой над первым этажом, удобствами и подсобными помещениями в цоколе (в поплавках понтона). Эти дома строились на общинные средства. Кто желал для себя и своей семьи двойной блок или хотел индивидуальный проект, дополнительно вкладывали свои средства. И таких людей было достаточно - уравниловка у нас не поощрялась. Конечно проще расти вместе с общиной в едином строю, но людям всегда нужна и личная перспектива. Конечно если личная инициатива не противоречит интересам всей общины. В этом случае - личное побоку.

Однако были минусы нашего становления в сообществе ныряльщиков. Теперь наладить свой канал сбыта добываемых нами биоресурсов - становилось крайне сложно. Корпорация обязательно будет нас контролировать. И сейчас на порядок плотнее, не давая нам выходы к независимым посредникам. А тем более, упаси Вседержатель, не позволят самостоятельно выйти на биржу. Не позволят по определению, однако и чужих не подпустят. Мы уже барыгам были не по зубам, даже как самостоятельная сила. А нанять им наемников - не позволит корпорация. Очень на это надеюсь. Какое-то время у нас было и его нужно было использовать в полной мере.

Во-первых, я сумел посадить ( несмотря на жесткий контроль) на дроидов строителей одноразовые самоуничтожаемые излучатели кодового импульса. Которые включаться на передачу, когда удаляться от Большой Свалке на большое расстояние. И тогда нейросеть Стерха должна их принять импульсы, как сигнал к налаживанию связи. Поэтому у нас была надежда открыть независимый канал информации. Так как записывать, хранить, воспроизводить и обрабатывать ее мы могли. Мы добрались до глубоководных завалов космической техники и у нас появились достаточно мощные искины. Но вот выходить в сеть мы не могли - нас сразу бы запеленговали эсбисты.