Конечно, конструктивно, все это будет выглядеть дерьмово, но функционировать будет процентов на 40-60 от оригинальных образцов. За это я ручаюсь. Но...существует одно и существенное дополнение - все это будет для личного пользования. Продавать и передавать чужим воссозданные аппараты будет нельзя. Если нас накроют барыги, они пресекут нашу деятельность самым кардинальным образом. Понимаете? И еще, снижать объемы продаж хабара барыгам - также нельзя. Поэтому поднимите все свои загашники и если найдете, допустим, десяток дроидов- уборщиков одного типа - мы сделаем два целеньких. Как-будто они подняты очень фартовыми ныряльщиками.

Для эффективной работы, нужны неизвестные посторонним складские помещения со строгим учетом. И обязательно главный при складе, который все у себя знает и всегда все найдет. Здесь, в мастерской, мы будем заниматься только разборкой и ремонтом. Хранить комплектующие и комплектные функционирующие изделия - здесь будет опасно.

Ближайшая наша задача - разработать и изготовить качественное подводное оборудование управляемое "вручную" - без нейросетей и баз. А именно, простейших механизмов с многофункциональными манипуляторами и инструментами, которые управляются с помощью усилителей импульсов коры головного мозга. Тогда и без нейросетей можно будет делать многое. Следующая задача, это уйти с этой горы мусора на свой понтон. Который оборудовать для жилья и работы. И попутно, обязательно и неотложно решить проблему с транспортом.

А конечной целью первого этапа будет - потеснить барыг-посредников, заняв нишу равную с ними. Освободиться от нашей зависимости от них.

Для достижения наших целей, необходимо скрывать нашу деятельность от чужаков. А посторонними давайте будем считать всех не присутствующих на нашем сборе. Так проще. Контрольно-сигнальную охранную систему сделаем обязательно . Но позже, а сейчас нужно организовать постовую службу, усиленную в ночной период. Я все сказал.

Поднялся мужчина с мощной грудной клеткой и руками, толщиной с ногу Варуха, но с непропорционально короткими ногами.

– Меня зовут...

– Я помню - Кирх. Извини, что перебил.

– ...я дядя Хиса. В космосе у меня была нейросеть Управленец.

– Чем ты занимался?

– Работал в отделе материально-технического снабжение ударного флота, на должности старшего логистика. У меня была база 6-го ранга, - сказал этот мужчина с выправкой кадрового военного.

– По моему лучшего, нам трудно придумать, - заметил я.

– У меня протезы от бедер и не лучшего качества.

– Инженерными ботами управлял?

– Да.

– Сделаем тебе пока гравиплатформу для работы на складе с прямым программным управлением.

– Как у тебя все просто. На словах. Посмотрим на деле, - с недоверием заметил он.

В разговор вступил Гильт:

– Как мы будем работать?

– Тащите все, что у кого, где есть на склад и дай парней на разборку. Пятерых пока хватит. Решите со складами. Кирх тоже будет работать в мастерской. Пока.

Я старался не командовать, но получалось не очень.

– Укромное место есть, - вмешался Кирх, - давно, при последнем завозе хлама, на дальней от главного причала стороне свалки, притопили большие грузовые понтоны. О них знали только старожил свалки - дед Варуха и я. На них можно заварить дыры, сделать вход с поверхности внутрь поплавка понтона и заякорить на небольшой глубине.

– Хорошо, значит дело лишь за энергией и системами жизнеобеспечения?
– спросил я.

– Да.

– Тогда начинаем работать и помните - узнают шакалы на главном причале и нам конец. Илич, - повернулся Гильт ко мне, - ты ведь не только пирожные набивал на синтезаторе?

Во пацан, ничего от его внимания не уйдет. Я попробовал заставить машинку выделять некоторые компоненты отдельно от кремов,. Для чего использовал картридж найденный мной в хламе. И сумел синтезировать ... ром, вполне приличного качества. Не Гавана Клаб конечно, но уж что есть.

Пришлось идти с Варухом к запрятанной машинке и делать соки и пирожные юношам, а мужчинам ром и подобие кофейного напитка. Когда запах рома разнесся по помещению, мужики стали возбужденно ерзать и переглядываться. Возбуждение достигло предела, когда Варух стал оделять всех порциями.И один из мужиков, весь будто провяленный и перекрученный, с испещренными шрамами руками, сказал:

– Я уже и не думал, что когда-нибудь опять попробую такого крама. Братья, теперь я верю, что у нас станет лучше, - сказал он под громкий хохот окружающих.

Переглянувшись с Гильтом, я поднял чашку и сказал:

– За наше безнадежное предприятие.

С этого дня, в мастерскую потек постоянный ручеек битого оборудования и приборов различного назначения. Разборка хлама и отборка функциональных деталей, поглощала все время. А ведь нужно было остановиться и отстранившись от текучки, начать делать необходимые вещи. В конце концов, парни работавшие со мной стали понимать мои указания и у них появился кое-какой опыт раскурочивания техники. Ведь ломать - не строить.