— Итак, — процедила Эспинелла, тряхнув Тулиппу, — ты предлагал нам полмиллиона за то, чтобы мы разобрались с этим парнем, — она указала на Асторре. — Я с удовольствием это сделаю, но гонорар возрастет вдвое. С одним глазом мне придется приложить больше усилий.

Курт Силк весь день наблюдал за складом. Сидя в синем «Шеви» с пачкой жевательной резинки и последним номером «Ньюсуик», он ждал хода Асторре.

Приехал он один, не желая вовлекать других федеральных агентов в операцию, которой предстояло поставить крест на его карьере. А когда увидел Портеллу и Тулиппу, его охватила злость.

Он сразу раскусил маневр Асторре. Если Портелла и Тулиппа нападут на него, Силку не останется ничего другого, как защищать подонка: этого требовал от него закон. Асторре останется на свободе с безупречной репутацией, никого не выдав, ничего не сказав о своей противоправной деятельности. А долгие годы упорной работы Силка принесут нулевой результат.

Но когда Силк увидел Эспинеллу Вашингтон, проскользнувшую в здание с автоматической винтовкой в руках, Силка охватил страх. Он слышал о том, что устроила Эспинелла в аэропорту. Полицейская версия показалась ему подозрительной. Что-то не складывалось.

Он проверил, заряжен ли его пистолет, в нем еще теплилась надежда, что он сможет рассчитывать на ее помощь. Прежде чем вылезти из автомобиля, Силк решил связаться с Бюро. Достал сотовый телефон, набрал номер Бокстона.

— Я нахожусь рядом со складом Асторре, — сказал он. И услышал стрельбу. — Иду на склад.

Если что-то пойдет не так, скажи директору, что я действовал по собственной инициативе. Разговор записывается?

Бокстон запнулся, не зная, как отреагирует Силк, узнав, что все разговоры с его номера записываются автоматически. Началось это с того самого момента, как возникла угроза его жизни — Да.

— Хорошо. Заявляю, что ни ты, ни любой другой сотрудник ФБР не несет ответственности за то, что я сейчас делаю. На складе находятся три известных главаря организованной преступности и детектив нью-йоркской полиции, преступивший закон. Все они вооружены.

— Курт, дождись прибытия подкреплений, — прервал его Бокстон.

— Нет времени. И потом, это мое дело. Я должен довести его до конца. — Он подумал о том, чтобы сказать несколько слов Джорджетт, но решил, что не стоит впутывать посторонних в сугубо личные проблемы. Пусть за него скажут его дела. Отключив трубку, он вылез из кабины и только тут заметил, что автомобиль его стоит под знаком «Стоянка запрещена».

Войдя в здание, Силк прежде всего увидел револьвер Вашингтон, ствол которого упирался в шею Тулиппы. Все молчали, застыв, как изваяния.

— Я — сотрудник Федерального бюро расследований, — объявил Силк, махнув пистолетом. — Всем положить оружие на пол.

Эспинелла повернулась к нему.

— Знаю я, кто ты такой. Задержание провожу я. Вали отсюда, занимайся банкирами и брокерами, с этим у тебя получается лучше. Полиция Нью-Йорка управится без твоей помощи.

— Детектив, бросьте оружие, — ровным, спокойным голосом продолжил Силк. — Если вы не подчинитесь, мне придется применить силу. У меня есть основания полагать, что вы занимаетесь рэкетом.

Появление федерального агента никак не входило в планы Эспинеллы. По взгляду Силка, по интонациям его голоса она знала, что он не отступится. Но и она не собиралась сдаваться, по крайней мере до тех пор, пока в руке у нее был револьвер. А Силк, решила она, давно уже ни в кого не стрелял.

— Ты думаешь, что я занимаюсь рэкетом? — выкрикнула она. — А я вот знаю, что ты долгие годы брал взятки у этого куска дерьма, — она вновь ткнула стволом в шею Тулиппы. — Это так, синьор?

Тулиппа не ответил, за что Эспинелла пнула его в яйца. Тут он согнулся и кивнул.

— Сколько он получил? — спросила Эспинелла.

— Более миллиона долларов, — просипел Тулиппа, хватая ртом воздух.

Силк с трудом сдерживал распирающую его ярость.

— Каждый доллар, поступивший на мой счет, зафиксирован ФБР. Это федеральное расследование, детектив Вашингтон, — Он глубоко вдохнул, сосчитал до пяти, чтобы успокоиться. — Это мое последнее предупреждение. Положите оружие на пол, или я стреляю.

Асторре хладнокровно наблюдал за ними. Так же, как и Монца, стоявший за другой фасовочной машиной. Лицо Эспинеллы дернулось. А в следующее мгновение она метнулась за Тулиппу и выстрелила в Силка. Но Тулиппа вырвался, толкнул ее, рывком ушел в сторону и бросился на пол.

Пуля попала Силку в грудь, но и он успел выстрелить. Увидел, как покачнулась Эспинелла, а ее одежда пониже правого плеча окрасилась кровью. Ранения не были смертельными. Они стреляли, как их и учили, в самую широкую часть тела.

Но Эспинелла, почувствовав боль и оценив тяжесть ранения, поняла, что пора забыть про инструкции. И выстрелила четыре раза подряд, целясь Силку между глаз. Пули превратили его лицо в кровавое месиво, ошметки мозга разлетелись в разные стороны.

Тулиппа, увидев, что Эспинелла ранена, броском в ноги сшиб ее на пол. Она упала, ударилась головой о бетон и потеряла сознание. Но прежде чем Тулиппа успел схватить ее револьвер, Асторре выскочил из-за фасовочной машины и ногой отшвырнул его в сторону. А потом наклонился к Тулиппе и галантно предложил ему руку, чтобы помочь встать.