Лобо изменился в лице.

— А если он перестарается и промахнется?

— О, он будет очень аккуратен, я ведь хочу с вами пообщаться у себя на корабле.

— Ну так снимите меня с яхты.

— Нечем.

Все было сделано быстро и аккуратно, самым сложным оказалось зайти истребителю в нужное положение, Лобо зря трясся.

После стыковки я потребовала, чтобы весь экипаж его яхты вышел в скафандрах и не открывал их, покуда не дойдут в медотсек, кто их знает, может, захотят проделать один и тот же трюк дважды. Лобо скрипел зубами, но подчинялся. В конце концов мы оказались в шаге друг против друга, разделенные прозрачной стеной.

— Итак, господин Лобо, на что вы рассчитываете?

— Некст Викен, у нас на Тропезе произошел своеобразный переворот, кое-кто оказался слишком жадным и возжелал все. Мои враги не захотели играть по правилам. Я не сдался, и поэтому я здесь.

— Ну, это малоинтересная информация. Сейчас неважно, вы ли стояли за этим нападением в спину, или ваши враги…

— Послушай! — у Лобо кончилось терпение. — Ты девчонка, опьяненная властью и победой! Я единственный, кто сейчас может стабилизировать Тропез, но мне надо получить хоть часть добычи! И не тебе решать, делиться со мной или нет! Связывайся со своими!

Ага, щасс… Побежала забивать эфир подробностями нашего с вами общения. Я стояла и смотрела в удивлении. Это его окончательно доконало, он со всей силы ударил в перегородку и выругался. Когда Лобо выпустил пар, я спросила:

— И сколько вам надо?

Он тут же переключился на деловой тон.

— Хотя бы две тысячи тонн омниа.

— Две… значит, одна.

Он опять саданул по перегородке.

— Полторы!

Интересно, а откуда он знает, что здесь не руда, а уже готовый металл? Ладно, потом как-нибудь удовлетворю любопытство, если получится.

— Сейчас мы впустим ваши транспортники, они загрузятся, буксиры возьмут то, что мы укажем, и весь ваш караван отправится по продиктованному нами маршруту. Когда мы покинем сектор, у вас будет возможность пообщаться с лордами Синто и договориться с ними. А пока отдыхайте, у вас расшатаны нервы.

Лобо достаточно пришел в себя, чтобы спокойно воспринять мое предложение. Я и так стараюсь выдавать информацию в эфир дозированно и взвешенно — если Лобо перехватил мое сообщение и расшифровал, то это мог сделать еще кто-то.

— Надеюсь, ваши люди дисциплинированны, нам не нужны неприятности, — намекнула я.

— Когда они будут здесь, дайте мне связь.

— Хорошо.

Когда транспортники Лобо приступили к загрузке, я наконец-то нашла Шур-Бельфлера.

— Где Скинис?

— Общается с пленными.

Замечательно, у нас есть пленные, и Скинис с ним общается.

— Шур, вы в своем уме?

— Да.

Так, спокойно, бить его нельзя… Вдох, выдох… Вдо-ох, вы-ыдох…

— На каком основании вы так доверяете Скинис?

— У нее нет доступа к средствам связи или к жизненно важным точкам корабля. Я постоянно рядом с ней. В данный момент она получает данные об инициаторах нападения.

— Да, рядовые пилоты — это просто кладезь политической информации…

— Эти пилоты — выходцы из богатых семей и вполне разбираются в политической ситуации.

Уел. Последний довод.

— Почему не поставили в известность о наличии пленных?

— Сообщение о пленных поступило на командный пост, вы были слишком заняты организационными делами, чтобы ознакомиться с ним.

— Отдаю должное вашему уму и опыту, — желчно заметила я. Да уж, поймать Шура на ошибке не легче, чем живого крысодлака.

Я оставила тон «наезда» и доверительно спросила:

— И все же, почему вы доверяете человеку, который предал и обманул тех, кто ему помог?

Шур замялся.

— Она любила и любит вашего брата, просто это чувство пришло слишком рано, и она была не готова… Боялась себе признаться, боялась, что действительно хочет отдать свою жизнь в его руки, а ее ведь учили быть сильной и самостоятельной… И… попытка самоубийства не была спектаклем.

— Ваше мнение не совпадает с моим.

— Но если я прав, а вы нет, то не дать ей шанс — чудовищно несправедливо. Если же правы вы, то… я слежу за ней, тщательно слежу, и не только я. Поверьте, у нее не будет возможности принести вред.

— Старческая сентиментальность, — как бы про себя сказала я.

— Юношеский максимализм, — ответил он.

— Следите, следите, Шур. Я не буду пока вмешиваться, но за ошибку… — я не договорила, зачем попусту грозиться.

На том и разошлись.

С Синто прислали маршрут для транспортников Лобо; при этом криптографы, применив стандартные ключи, еще и подали информацию в виде детской сказки. Я распознала маршрут и уверена, что правильно. Разгадывала я молча, тем не менее, все, кто меня видел, начинали вести себя тише и не спешили заговаривать, и правильно. После всех этих часов колоссальной ответственности и напряжения мне не хватает только истории про Олененка! Уроды, придурки, мы что тут, в игры играем? И ведь разгадывать должна была только я, потому что история про Олененка была моей любимой книжкой в детстве, и вот несоответствия с оригиналом и есть подсказки на нужные нам «врата». Узнаю, чья идея — со свету сживу.