— Ну и неразбериха! — покачал головой Джим. — Салли сейчас нелегко — Харриет все еще не нашли…

— Фирма на грани банкротства, — печально произнесла Маргарет. — Он забрал все, что смог, причем на вполне легальных основаниях.

Джим выглянул в окно. Повозка заворачивала в ворота больницы Святого Бартоломью в Смит-филде.

— Приехали, — сказал он, взглянув на часы. — Побудешь с ней?

— Конечно. В конторе делать нечего — от нее почти ничего не осталось.

— Я поищу телефон. Может, мне сообщат кое-какие новости.

Секунду он глядел на Салли, потом нежно погладил ее по голове и ушел.

Незадолго до этого в полицейском участке в Ламбете Кон и Тони спорили с сержантом. Туда из конюшни их сразу же и доставил констебль, которого они осыпали ругательствами на протяжении всей дороги.

— Ребенок? — недоумевал Кон. — У тебя с головой все в порядке, ты, в шлеме?

— Сейчас с твоей будет не все в порядке, — ответил полицейский, и Кон на секунду притих.

— Слушайте, констебль, — спросил сержант, — а в чем, собственно, дело?

— Дело в том, что он слепой, — сказал Тони. — К тому же умом тронулся.

— Тихо! — рявкнул сержант.

— Их видели в конюшнях, — с достоинством заговорил констебль. — С ребенком. Мистер Хэкетт, владелец конюшен, утверждает, что ребенка похитили.

Кон и Тони в голос рассмеялись, и сержант ударил кулаком по столу.

— Поэтому я их и задержал, — заключил констебль.

— И где ребенок?

— М-м, он сейчас с другой компанией оборванцев.

— Какой другой компанией?

— С первой, которую владелец выгнал из конюшен.

— Что он сделал? Он увидел преступников, похитивших ребенка, выгнал их, а потом вызвал вас, чтобы вы схватили совершенно других людей?

— Ну…

— Поздравляю вас, констебль. Вы только что изобрели совершенно новый метод ведения розыскной работы. Теперь мы не ловим тех, кто совершил правонарушение, а арестовываем других, которые случайно оказываются на месте преступления. Какой прогресс! Какой толчок для всей криминалистики! Какой…

— Значит, мы можем идти? — спросил Тони.

— Нет! — в один голос закричали сержант с констеблем.

— Но сержант… — начал Кон, а Тони продолжил:

— Ладно вам, мы ведь ничего не сделали.

— Мы только создадим вам лишние проблемы, — снова заговорил Кон. — Вы должны в чем-то нас обвинить!

— Уж мы найдем, в чем вас обвинить, — заверил сержант.

— Я должен вызвать своего адвоката, — упрямился Тони.

— Только попробуй, — отреагировал констебль.

— Где же ребенок? — вопрошал Кон, а Тони добавил:

— Можете вывернуть наши карманы, подвесить нас вверх ногами, и никакого ребенка не найдете.

— Хватит, — зарычал сержант.

— Да и кому нужен ребенок? — спросил Кон.

— Это они, сержант, владелец конюшен поклялся… — оправдывался констебль.

— Он сам не понимает, о чем говорит, — возразил Тони.

— Я знаю закон! — добавил Кон. — Хабеас корпус. Должно быть тело. Где же оно, а?

— Кон, кстати, а где тело? — шутливо спросил Тони. И наконец сержант заорал:

— Убирайтесь!

Через пять секунд ребята уже были на улице. Кон презрительно покачал головой.

— До чего же они беспомощные. Ладно, давай найдем остальных. Думаю, они в «Равелли».

— А по-моему, в «Псе и утке».

«Равелли» — так они сокращенно называли «Южнолондонский склад итальянских товаров», принадлежавший компании «Антонио Равелли и Фигли». Там хранились сушеные фрукты, паста, оливковое масло и всякие другие продукты, причем склад не охранялся и располагался за фабриками недалеко от Дьюк-стрит. Ребята нашли его месяц назад, за главным зданием находился крытый дворик, и они расшатали одну из досок в заборе, чтобы можно было легко попасть на территорию склада. Кон и Тони отправились первым делом именно туда, и им повезло.

Они обнаружили, что Билл с Лайамом устроили поединок посреди двора, а вся остальная банда наблюдала и делала ставки.

— Чего это они? — спросил Кон у ближайшего из ребят, пробравшись через дыру в заборе.

— Из-за Брайди, — ответил парень. — Ревнуют.

— О-о, — протянул разочарованный Тони.

Он подумал, что раз его приятели не нашли лучшего повода для драки, чем девчонка, должно быть, они совсем размякли. Хотя схватка была довольно жесткой: можно было пользоваться руками, ногами, головами, коленями и локтями, лишь ремни, ножи и кастеты были запрещены.