— Я хотела бы взглянуть на приходскую метрическую книгу, — сказала Салли.

— Вы в курсе, что наши записи начинаются лишь с 1832 года? — спросил мистер Мюррей. — Если вы пытаетесь выяснить что-либо о ваших предках, смею вас заверить, вряд ли вы что-нибудь найдете.

— Мне нужны лишь записи о бракосочетаниях, — ответила Салли. — За 1879 год. Мистер Мюррей, что у вас за приход? Спокойный?

— Люди здесь разные. Прихожан не так много, даже мало, я бы сказал. Люди приезжают и уезжают; в наши дни жизнь неспокойная, немногие остаются жить в том месте, где родились. В моем последнем приходе — в деревне — я шел по улице, и все, кого встречал, были мне знакомы, я знал их семьи, знал все, что с ними происходит. Здесь же я могу ходить по улицам целый день, но так и не встретить знакомого лица.

— А ваш предшественник, мистер Бич, вышел на пенсию?

Повисла пауза.

— Почему вы спрашиваете? — поинтересовался священник.

— Я хотела узнать о бракосочетании, которое состоялось здесь в 1879 году. Если запись о нем есть в книгах, я собиралась спросить мистера Бича, помнит ли он ту церемонию.

— Понимаю. Пастор Бич действительно сейчас на пенсии. Но, боюсь, я не смогу дать вам его адрес.

— Не сможете?

— Я его просто не знаю, — коротко ответил он. — Но если хотите посмотреть метрические книги, пойдемте в храм.

Он встал и открыл дверь, Салли последовала за ним через запущенный сад в церковь. В пропахшей пылью ризнице, где даже дневной свет казался серым от пыли, священник достал из шкафа кипу книг и положил их на стол перед Салли.

— Вам нужны записи о бракосочетаниях, — сказал он, указав на большой зеленый фолиант с соответствующей надписью на обложке. — Эта метрическая книга ведется с 1832 года. Здесь зарегистрированы все браки, совершившиеся в нашем приходе. Когда, вы сказали, это было?

— В 1879 году, в январе. Здесь часто случаются свадьбы, мистер Мюррей?

— Два-три раза в квартал. Не очень часто. Вот, смотрите.

Он протянул ей книгу на открытой странице. Там было две записи, под каждой оставлено место для подписи новобрачных. В первом случае жених, совершенно явно, был не в состоянии держать перо, поэтому он лишь поставил корявый крестик. Подпись его жены была не многим аккуратней.

Салли взглянула на вторую запись, там она и увидела свое имя.

3 января 1879 года Артур Джеймс Пэрриш сочетался браком с Вероникой Беатрис Локхарт.

Она непроизвольно на секунду задержала дыхание, затем взяла себя в руки и продолжила читать. В графе, где указывался возраст, про нее и Пэрриша было написано лишь, что оба совершеннолетние, но это было обычной практикой, как она поняла из Других записей. В графе «Звание или профессия» Пэрриш значился как комиссионер, а в качестве места жительства обоих указывался Саутхем. В колонке «Имя и фамилия отца», на том месте, где должны были быть данные о ее родителе, стоял прочерк, как и в колонке, указывающей на его род занятий. Отца новобрачного звали Джеймс Джон Пэрриш, и он был клерком.

— И что, нет никаких адресов? — спросила Салли.

— Даже адреса свидетелей?

— Адресов нет. Они не записываются.

— Значит, они могут быть кем угодно? Вам известны эти люди?

— Свидетели были обозначены как Эдвард Уильям Симе и Эмили Франклин. — Мистер Мюррей покачал головой.

Салли узнала свой почерк, в этом она не сомневалась. Это была ее подпись или же искусная имитация. Эти люди явно раздобыли какой-то из ее документов, правда, обычно она подписывалась просто «Салли»; но это были ее «В», ее «Б» и ее «Локхарт», выведенные быстро и нечетко. Остальные записи были сделаны рукой преподобного мистера Бича.

— А можно каким-то образом подделать эти записи? — спросила она.

— Подделать?

— В смысле внести фальшивые сведения. Можно открыть страницу за какой-нибудь прошедший год и сделать запись о бракосочетании?

— Совершенно невозможно. Ведь они идут последовательно. Делаются в день заключения брака, и, видите, все пронумерованы. Например, эта стоит под номером двести три. Двести четвертая была сделана — дайте-ка взгляну — уже в марте. Нет, намеренно сюда не может вклиниться ни одна запись, если вы об этом спрашиваете. Если бы вам нужно было поместить сведения о браке, совершившемся в 1879 году, то и делать это нужно было бы в 1879 году.

— А какие-нибудь другие записи о бракосочетаниях ведутся?

— Каждый квартал я должен сообщать регистратору о браках, заключенных за этот период. Я посылаю ему вот такую форму, — он показал ей лист бумаги, — со всеми сведениями из метрической книги. Что с ними происходит потом, честно говоря, не знаю. Иногда регистратор посылает запрос, если что-то было заполнено неверно — пропущено слово или почерк неразборчивый, так что, видимо, кто-то эти бумаги проверяет. Возможно, их посылают в Сомерсет-Хаус.