Лечить было нечем: любые антибиотики оказались неэффективными, пичкать лекарствами медленно умирающих было бесполезно. Бледная с косой могла за день забрать от пятерых до десятерых, профессора разводили руками, фармацевты танцевали над котлами, вываривая новые таблетки…

Пришлось отдать дьяволу больше десяти тысяч жизней, чтобы через два года получить лекарство. Одна ампула, введённая в кровь, уже через неделю приводила к выздоровлению.

Палач, что занёс секиру над Сакра Ципионом, вынужден был отбросить оружие.

— Тогда эпидемию удалось подавить, — высказал я, поёжившись в стуле.

— Не совсем, — бегло проговорил Патрик, — все до единого заболевшие были вылечены, и никто не покинул карантинную зону — это факт. Мы думали, что Немаин был навсегда искоренён. Скажем прямо: мы ошибались.

— Вы про случай в Гаваре? — холодным голосом проскрежетала Юрико.

— В том-то и дело, госпожа Номати, кроме вспышки Немаина в Гаваре три года назад, нигде никогда не слышали про эту страшную болезнь. Наши сотрудники провели тщательное расследование: могу с уверенностью сказать, что Немаин появлялся только в двух населённых пунктах.

— Но ведь мы отсылали большую партию лекарства, — вмешался я. — Слишком много для одного городка. Разве оно не предназначалось для…

— Нет, Оскар, только в Гавару. Решили прислать с запасом.

— То есть я правильно понимаю, что за два года не обнаружили ни одного другого места, где появлялась болезнь?

— Именно, я же так и сказал. Если учесть, что данные расследования верны, а они верны, то возникает вопрос: откуда пошли эпидемии в Сакра Ципионе и Гаваре?

— Исследования в столице пока не дают ответа, — взмах рукой выразил всё моё бессилие.

Номати, по-моему, впервые позволила себе моргнуть. Не снимая строгой маски, она чётко произнесла:

— Считаете, что Немаин попал в Гавару отсюда?

— Невозможно, — незаметно для самого себя я повысил голос, — ни один заражённый не покинул город. К тому же между Сакра Ципионом и Гаварой больше пятисот километров. Хоть где-то на этом протяжении должна была вспыхнуть эпидемия.

— Факты, — жёстко отрезала Юрико.

— Невозможно…

— Господа, — облокотился на стол начальник Имс, — было бы неплохо обсудить эту ситуацию, но для этого мы не располагаем соответствующей информацией. Теперь я могу назвать ваше задание: следует выяснить, как Немаин оказался в Гаваре. Отправить насильно я не могу, так что требуется ваше согласие.

Хотелось бы узнать подробности, но меня опередила Юрико:

— Что насчёт Гавары?

— Небольшой городок, финансируется из столицы, обеспечивается продовольствием и всем необходимым. Рядом функционирует лесопилка. Порядок в Гаваре обеспечивает шериф, однако, насколько мне известно, с преступностью там не всё просто.

— Условия?

— Мы обеспечиваем вас деньгами и оружием. Оборудованием, к несчастью, снабдить не можем: оно может спровоцировать местных на воровство, что доставит вам лишние неприятности. Всё по минимуму.

— Время?

— Планируется, что вы пробудете там до трёх недель. За это время следует разузнать как можно больше о болезни. Я надеюсь на вас.

Никаких сомнений в словах госпожи Номати я не испытывал. Бравым голосом она коротко оповестила:

— Согласна.

Слово остаётся за мной. Отправиться за пятьсот километров в преступную глушь — перспектива не особо. Плюс ещё придётся работать с этой Юрико, которая никак к себе не располагает. Страшно оставаться с ней один на один…

От работы, правда, убегать не в моих интересах. Долго топчусь на месте, хотя давно мог бы подправить карьеру. До этого цеплялся за все предложения, но сейчас былого рвения как не бывало.

Я уже решил, осталось только выковырять ответ из монолитной нерешимости. Особенно тяжело под взглядом Юрико. Почему-то уверен, что она на меня смотрит.

— Я согласен.

Ехать пришлось на грузовике снабжения — огромной махине, обшитой стальными листами. Единственный транспорт, что регулярно ходит до Гавары. На нём возят продовольствие, масло, горючее, медикаменты и средства первой необходимости. Также передают заработную плату, так сказать, госслужащим, ну и забирают продукцию лесопилки.

Набитый добром грузовичок — желанная мишень для бандитов, а бандитов нынче много, поэтому-то транспорт охраняют пятеро солдат: один сидит с водителем в кабине, ещё один выглядывает из люка, не отпуская пулемёт, а оставшиеся трое трясутся в кузове на лавках.

Тут же пришлось пристроиться и нам с Юрико. Азиатка села напротив меня и открыла небольшую книгу. Название написано иероглифами. В Недобрые Времена на Единой Европе большинство говорит на английском, и натолкнуться на другой европейский язык непросто. Промолчу про языки умершей Азии…