— Ыыыыы! — мол, гляди, кто тут появился!

Сонное заклинание уложило всех, кто был в комнате. Они обмякли на стульях и захрапели. Один из мужчин чему-то улыбался, видимо, видел хорошие сны, а из рюмки, которую он уронил на скатерть, вылилась то ли водка, то ли самогон, распространяя в воздухе запах спиртного.

Оставив в покое это сонное царство, я бросился во двор и поволок лежащего на дорожке мужика к остальной компании — вдруг кто-то проедет мимо и заинтересуется, чего это Петя (Коля, Андрей — варианты) лежит себе на земле и сопит в две дырочки.

Закрыл входную дверь и облегченно уселся на стул рядом с сопящей компанией. Из плошек с салатами пахло невероятно вкусно, и я, секунду поборовшись с голодом, благополучно сдался на его милость — схватил чистую ложку и, постанывая от наслаждения, стал быстро поедать все, что стояло на столе, все эти оливье, недоеденную селедку под шубой, схватил пару пирожков с мясом и мгновенно все проглотил, едва прожевав. Только тогда, когда последние куски пирожков провалились в мой пустой желудок, опомнился и стал смотреть по сторонам — где же я все-таки нахожусь? Вернее — когда? Или же все-таки где и когда? Совсем запутался. В общем — надо выяснить, в каком мире и в каком времени я нахожусь.

Телевизор — у нас дома стоит такой же, слегка устаревший, но практически один в один, полез по карманам спящих — достал магзеркало. Есть! Вроде как дома. Теперь — быстренько одеться.

Побежал в другую комнату, пошарил по шкафам — вытащил чистое белье, штаны, рубаху, куртку-ветровку. Оделся, потом пошарил основательнее — похоже, что дом принадлежал тому самом здоровенному мужику лет тридцати пяти от роду и его жене. Та была одного роста с Василисой, только пополнее, так что ее вещи должны были подойти. Впрочем, и вещи хозяина дома подошли — только висели на мне как на вешалке. Особенно оказались широки в поясе — пришлось проколоть лишнюю дырку в ремне.

Поборовшись с совестью, я обшарил дом на предмет денег. Нашел около сорока тысяч. Решил: как только вся эта история закончится — отдам хозяевам в два раза больше. Типа — проценты. И моральный ущерб.

Успокоив таким образом свою бунтующую совесть, нашел нормальные ботинки, подходящие по размеру, обулся, а затем подобрал обувь и для Василисы. Связал все барахло в узел, положил у входной двери. Затем нашел полиэтиленовый пакет, накидал в него пирожков, нарезанной колбасы, хлеба, еще какой-то еды. Положил пару бутылок с минералкой. Теперь можно было отправляться к реке. Только вот еще одно дело нужно сделать — так сказать, контрольный выстрел.

Я взял магзеркало у одного из гостей и, представив лицо отца, сделал вызов. Секунд пятнадцать никто не отвечал, потом в радужном кольце появился отец и, нахмурясь, вгляделся в меня:

— Васек! Наконец-то! Ты куда пропал?! Пока не возвращайтесь — все на прежнем положении. Вас ищут, а вокруг шныряют какие-то подозрительные типы. У вас все в порядке?

— Теперь да, — улыбнулся я. (Все-таки приятно видеть родного человека, особенно после блуждания по мирам…) — Матери скажи — все в порядке, все хорошо, пусть не волнуется.

— Тут с работы к тебе заходили — капитан вроде как. Говорит — не верит, что ты преступник. Хороший мужик этот капитан, хоть и мент. Говорит — если что, пусть, мол, найдет меня, поговорим, обсудим все. Ты это… хоть он и хороший мужик, но все-таки мент. Смотри не лезь к нему, слышишь?

— Слышу, пап. Посмотрим. Все, отключаюсь! По этому номеру не звони, он чужой.

Я отключил магзеркало и внимательно посмотрел на входящих в калитку людей. Они были одеты в казацкую форму. Как я понял — это что-то вроде местной полиции самоуправления.

С некоторых пор государство разрешило казачьим формированиям заниматься установлением порядка по станицам. Шуму было много, многие были против, но, как ни странно, порядка в этих краях стало больше. Им даже разрешили иметь оружие — легкое, вроде пистолетов и дробовиков. Легкое-то оно легкое, но стреляет очень даже неплохо, потому надо было положить их прежде, чем подойдут на расстояние выстрела и поймут, что тут произошло.

Не дожидаясь, пока казаки войдут в дом, я поспешил им навстречу и выпустил заряд сонного заклинания тогда, когда они шли по дорожке к дому. Два из трех патрульных упали, как подкошенные, один же остался на ногах и, увидев меня, начал творить какое-то гадство, какое — я не понял, потому что, прежде чем тот успел доделать свои хитрые пассы и метнуть в меня заклинание, пришлось броситься вперед и вцепиться в него, как бульдог.

Главное было найти на его шее кулон с заговоренным камнем. Я знал, что такие кулоны надевают те, кто хочет, чтобы их не коснулись заклинания. Стоил такой кулон немалых денег, и странно, что он был у простого казака. Впрочем — простого ли? Скорее всего этот человек был магом высшего уровня и заранее подготовил себе защитный кулон (кстати сказать — такой и мне пригодился бы, и даже очень!).

Это был зелененький камушек на серебряной цепочке — что-то вроде изумруда в старинной огранке — видимо, достался от бабушки, из кольца или броши достал. Изумруды частенько служили накопителями заклинаний — никто не знал — почему, но они подходили для этого лучше всего. Алмазы, несмотря на свою дороговизну, были не такими хорошими аккумуляторами. Одного маленького изумрудика (натурального, не искусственного!) хватало, чтобы на месяц обеспечить человеку магическую защиту — как минимум на месяц. Правда, и работать над зарядкой изумруда следовало магу высшего уровня. Тогда и время действия амулета увеличивалось пропорционально способностям мага.