— Тебя никто и не спросит, — «успокоила» я подругу. — Налоги сразу вычтут, автоматически. На руки ты получишь не 25 лимонов, а немного меньше.

— Немного?! Да копейки! Даже на приличный ремонт не хватит. Рулона обоев не купишь! Я уж не говорю о сантехнике. Джакузи, к примеру, знаешь, сколько стоит?

— Хорошо, давай не поедем никуда…

— Еще чего! Зря, что ли, я старалась? Давай с анкетами разбираться, — Маруся немного успокоилась, но иногда все же принималась ворчать или жалобно вздыхать, печалясь о размере главного приза.

Анкета, признаюсь, позабавила и вызвала некоторое недоумение. Помимо стандартных вопросов, в ней встречались и откровенно глупые. Как вам, к примеру, такой вопрос: «Состоите ли вы в какой-нибудь ОПГ (организованной преступной группировке)? Если да, то в какой (указать название) и в какой должности». Это какие ж, интересно, должности имеются в ОПГ? Директор, что ли, или рекламный агент? А может, менеджер по связям с общественностью?

— Телевизор надо смотреть, Ярослава! — менторским тоном попеняла мне Маня, когда я поделилась с ней недоумением. — Не только классику кинематографа, но и сериалы отечественные. Много полезного можно узнать. Ладно, тебе, как человеку, далекому от телевизора, поясню. В бандах, как правило, главарь имеется. Он осуществляет общее руководство. Есть еще бригадиры — что-то типа менеджеров. Они руководят звеньями, в каждом из которых по 10–15 человек. В подчинении у бригадиров-менеджеров до трех звеньев; у каждого звена еще имеется и собственный начальник, звеньевой. Кстати, бухгалтер в банде должен быть непременно, только называется он «держатель общака». В распоряжении такого, с позволения сказать, кассира все деньги банды. Он решает, куда, сколько вложить, кому на зону «грев» отправить, кому взятку дать, ну и прочие производственные вопросы. А еще есть так называемый «смотрящий». Это самый главный начальник…

— Главнее главаря? — уточнила я.

— Ага.

— Генеральный, значит.

— Типа того. Чаще всего это вор в законе, авторитет, выше которого только господь бог. «Смотрящий» следит, чтобы вся группировка жила по законам. Не по Конституции, конечно, и не по Уголовно-процессуальному кодексу. У них, как ты понимаешь, свои законы — понятия. Слово вора в законе, его решение — конечная инстанция. Как он сказал, так и будет. Обсуждению приказы вора в законе не подлежат…

— И все это ты узнала из сериалов?

— Ну, кое-что еще Игнат рассказывал.

— Офигеть! Надо же, целое государство в государстве. Теперь понятно, почему телевизионщики этот вопрос в анкету включили. Мань, а если написать, что мы в какой-нибудь ОПГ числимся? — оживилась я.

— Забудь! — строго ответила подруга. — Проверят, выяснят, что это лажа, нам только хуже будет. Отвечать за «базар» по понятиям придется. Вранье нигде не любят, а в бандах особенно.

После «ликбеза», проведенного Маней, заполнение анкет пошло веселее, глупые вопросы уже не удивляли, поэтому с этим заданием мы справились довольно быстро.

Закончив возню с бумагами, я предложила устроить небольшой перерыв: кушать хотелось нестерпимо. После недолгих споров решили подняться к Маруське. У нее в отличие от меня имелся муж, а значит, и битком набитый холодильник. Мы с аппетитом поели, а за чаем Манька обрадовала:

— Я придумала, как объяснить Игнату наш отъезд!

— Всегда знала, что еда активизирует твои мыслительные способности, — заметила я. — Что за фантазия родилась в твоей светлой голове?

— Зря иронизируешь, между прочим. Я сегодня в ударе — одна гениальная идея за другой. Сама поражаюсь, Славик, какая же я все-таки умная.

— И скромная, что примечательно. Так ты озвучишь свою гениальную идею?

Маруська, возбужденно сверкая глазами, заявила:

— Мы отправляемся на поля сражений.

И что сегодня за день такой? То Зеленая Обезьяна, то какие-то поля сражений… Не иначе в атмосфере образовались аномальные завихрения, вот Маруська и фонтанирует.

— Какие поля, Мань? — жалобным голоском спросила я.

— Говорю же, поля сражений.

— Это Бородино, что ли?

— Не, Бородинское поле нам не подходит: близко очень, да и перелопатили его давно. Нам надо подальше, в тайгу какую-нибудь…

Ну вот, теперь еще и тайга! Господи, как же хочется хотя бы на месяц превратиться в Обломова: халат, диван и тапки. Вместо этого жизнь предлагает попеременно то джунгли, то поля сражений, то тайгу…

Видя мое расстройство, Маруська — добрая она все-таки! — поспешила успокоить:

— Славка, не горюй ты так! Это мы Игнату скажем, мол, записались в поисковый отряд и теперь отправляемся по местам сражений, раскопки производить. Захочет проверить — пожалуйста! У меня приятель как раз руководит таким отрядом, кажется, «Русич» называется. Они с апреля по октябрь в экспедициях пропадают. Я договорюсь с Андрюхой, он все подтвердит…

Подруга, вдохновленная своей идеей, вскочила и помчалась воплощать ее в жизнь.

Что ж, нельзя не признать, мысль, осенившая Маню, не так уж плоха. Если этот неведомый Андрюха подтвердит наше алиби, то будет и вовсе замечательно. Поисковые отряды очень мобильны, подолгу на одном месте не сидят, поэтому нашему майору отыскать нас не удастся даже при наличии огромного желания. К тому же вопрос связи тоже отпадает: переговорных пунктов в лесах и полях нет, батарейки мобильников сядут, а зарядить их негде…