Ему не нужно было задумываться, что было под этой короткой юбкой, он знал.

Холеные бедра охвачены подвязками определенного цвета, чтобы довести мужчину до неистовства. Кружевные стринги, чтобы показать гораздо больше, чем они скрывали. И под ними… Ощущение и вкус ее гладких, припухших складочек взорвали его память и завели так, будто вместо крови у него было ракетное топливо.

И теперь он должен работать рядом с ней в течение недели. Черт возьми. Как он собирается не допустить повторения событий, которые он хотел бы забыть, но так и не смог?

Ты профессионал. Готовь, а руки держи при себе. Кроме того, ему и так было о чем подумать. Переговоры о его шоу на кабельном телевидении почти завершились. Еще ему оставалось слегка отредактировать свою последнюю кулинарную книгу. У него не будет много вынужденного простоя на этой неделе. А того, что образуется, ему было чем заполнить.

Очевидно, у Алиссы был способ, которым, она могла полностью заполнить все свое свободное время. Мужчина, размером с огромную плиту, которого она минуту назад поцеловала в щеку, стоял рядом с ней, а его необъятную грудь обтягивала футболка Сексуальных Сирен. Бармен? Вышибала?

Кем бы он ни был, парень искоса смотрел на Алиссу собственническим взглядом, Люк не мог этого не заметить, потом она посмотрела на него.

Чтобы хоть как-то сгладить свой, лишенный здравого смысла, гнев, Люк напомнил самому себе, что если Алисса предпочитала трахаться со своими служащими - это было ее дело.

Сильное желание в том, чтобы разорвать на части ее работника, исчезло.

Алисса сделала шаг к Люку, потом другой.

– Госпожа Алиса, - в динамиках прозвучал дерзкий женский голос.

– Ваша очередь!

Она остановилась. Закрыла свои глаза. Вздохнула. Приободрила себя?

Затем, без колебаний, она одарила его холодным синим взглядом, указав ему на стул перед сценой, после чего, отвернулась и зашагала за кулисы. Люк ничего не мог с собой поделать. Он лишь смотрел, как она отдалялась от него, покачивая своими пышными бедрами под звуки сирены.

Если бы они были одни, ничто не помешало бы Люку прикоснуться к ней. И точка.

Если хотел очиститься от другой, неконтролируемой и дикой стороны самого себя, он должен был забыть о своем безрассудном обещании ей и убираться с этой работы. Сейчас же.

Неохотно, Люк побрел к краю сцены и сел в кресло, указанное Алиссой. Как только она закончит то, что, черт побери, она собирается делать, и поговорит с ним, он скажет ей, что уговор отменяется. Черт, он даже заплатит ей за доставленные неудобства.

Потому что, если бы он остался, его член довел бы его до беды. Люк обнажит Алиссу и окажется между ее ног за две минуты. Или раньше. И это было бы плохо. Он искал Миссис Праведность, некую незамысловатую женщину, хотящую детей так же сильно, как и он, и способную помочь удержать его внутреннего зверя на расстоянии. Алиссия Деверо, божественная стриптизерша, определенно не была такой женщиной.

Внезапно из колонок зазвучала музыка, оглушая сомнительным ритмом и грешными звуками. Каждая нота намекала на секс - горячий, потный, ничем не ограниченный.

Как будто он был с ней и хотел ее снова.

Вытащив края своей свободной рубашки, чтобы прикрыть свою эрекцию, Люк наблюдал, как Алисса расхаживала по сцене. Она уложила свои прямые, отливающие платиной волосы на макушке, и надела пиджак-болеро красного цвета с блестками. Он умирал от желания увидеть то, что было одето под ним. В том, как она двигалась, было приглашение…и обещание.

Стремительно подойдя и встав напротив него, она расставила свои ножки на шпильках, затем повела бедрами, делая чувственный круг. Погладила обнаженную кожу своего загорелого живота ладонями - и начала опускать их. Она тянулась вниз… так чертовски медленно. Дыхание Люка замерло в груди, пока, наконец, она не прикоснулась к себе. О, черт.

Ее пальцы скользили между ее ног, и она откинула голову назад, как если бы была в полном восторге.

Люк сглотнул. И мгновенно вспотел.

Вскинув голову Алисса зафиксировала на нем взгляд, ее глаза, будто сфокусированные синие лазеры, тряхнули его до самых пальцев.

Черт побери, девять недель знакомств с секретаршами, декораторами интерьеров и учителями начальной школы, лишь доказали ему, что ни одна из них, не возбуждала его настолько сильно. В течение всего этого времени, он несколько раз просыпался по ночам, вспотевший, с членом в руках и именем Алисса на губах. Теперь же, менее чем за пять минут в ее присутствии, он чувствовал, что готов взорваться.

Он должен думать о правильном - о будущем, и о семье.

К сожалению, рядом с Алиссой, желание трахнуть ее снова, убивали все его благие намерения.