Это несколько успокаивало. В общем-то, весянину Табиний и был обязан жизнью. Вялиш понимал наречье сло-вен и подслушал, о чем, не особенно и таясь, говорили меж собой беглецы. Как и предполагал Табиний, они вовсе не собирались вести невольного попутчика в свое племя, но не собирались и убивать, ведь все ж таки поклялись, было дело. Впрочем, и оставлять парня в живых им тоже не хотелось. Дилемму разрешили просто – Братобор долго думал и как-то вдруг предложил, осененный догадкой:

– Мы не будем его убивать.

– Так, значит, отпустим? – встрепенулся один из молодых. – Я бы не отпустил.

– Мы – не будем, – подчеркивая первое слово, криво улыбнулся бородач. – Но воины Яромира не давали никакой клятвы. Сколько до них? Пожалуй, еще один день.

– Да, завтра к вечеру будем. А ты ловко придумал, дядько!

Братобор довольно осклабился.

Заранее затаившийся неподалеку в небольшом овражке Вялиш ухмыльнулся и все в точности пересказал Гавстальду. Вместе и порешили – Табиния надо спасать, да так, чтобы варвары ничего не заподозрили – хотелось бы проследить за ними до встречи с таинственным Яромиром и его воинами. День пути. Однако они довольно близко от Нордики. И кто они – целое племя или небольшой разведывательный отряд?

Утро выдалось холодным, туманным, пасмурным. Шагавший в середине процессии Табиний, вдруг споткнувшись, с криком покатился с обрыва в зыбкое матово-кисельное марево. Покричал и замолк, услыхав предостерегающий шепот Гавстальда. А в тумане и впрямь оказалась болотина. Очутившийся поблизости Вялиш бросил туда старый трухлявый пень, и все трое проворно скрылись в ближайших зарослях. И вовремя – на краю болота уже показались варвары, с благоговейным ужасом глядевшие, как, довольно урча, колыхается поглотившая пень трясина.

– Болотные духи взяли к себе этого римлянина, – тихо произнес Братобор. – Ну, оно и к лучшему.

Дальше шли, таясь, вдоль реки – почти тем же путем, что и варвары. Вялиш хорошо знал местность. Посовещавшись, оба охотника, хавк и весянин, оставили Табиния в условленном месте, возле излучины.

– Не умеешь ты тихо ходить по лесу, парень, – посетовал Гавстальд. – Сразу видать, не охотник.

– Что поделать. – Табиний развел руками. – Зато я кое-что другое умею.

– Да уж, этого от тебя не отнимешь.

Римлянин еле дождался своих. Те явились почти под утро, грязные, но довольные.

– Здесь, в сосняке, небольшой отряд, – кратко поведал хавк. – Два десятка воинов, вряд ли больше. Шалаши, навесы, очаг – хорошо обустроились. Думаю, это специально выставленная разведка. Беглецы с ними о чем-то долго болтали, Вялиш подслушал кое-что, больше не удалось, больно уж открытое место. Одно знаем – с утра кто-то из них отправится к Нордике за сведениями. И знаешь, Вялиш говорит, как-то уж больно обыденно они это произнесли – «за сведениями», словно бы на рыбалку собрались.

– Интересно, – внимательно выслушав доклад, протянул Юний. – Значит, вы так и шли за ними?

– Скорее, перед ними, – усмехнулся Гавстальд. – Вялиш хорошо знает местность. А тащиться за соглядатаями – они ведь наверняка тоже охотники, могут и заподозрить что-нибудь.

– А при чем здесь Кассий? Он что, тоже вместе с вами путешествовал?

– О, – хмыкнул хавк. – Мы наткнулись на него случайно, когда вдруг не обнаружили наших варваров. Их было двое – обычно все время тащились чуть позади, а тут вдруг исчезли. Мы и подумали – свернули к тому приметному дубу. Так оно и оказалось – Вялиш нашел у дуба пластинку с изображением волка и пару серебряных монет, довольно новых – сестерций с денарием.

Юний перевел взгляд на сконфуженного юношу:

– Кассий, ты что же, уже и денариями разбрасываешься?

– Мой только сестерций, господин легат… И никакого денария я там не видел. Увидел бы, может быть, подобрал.

– Значит, кто-то его принес к дубу почти сразу же после тебя, скорее всего ночью. – Легат помолчал. – Значит, вы вынуждены были убить всех соглядатаев?

– Да, – хмуро кивнул Гавстальд. – Обоих. Иначе Кассию пришлось бы плохо. Хотя, наверное, им бы стоило и пожертвовать в интересах дела.

– Нет-нет, – поспешно перебил Юний. – Вы поступили правильно. Меня вот только волнует – чей же все-таки был денарий? Ну, это, скорее всего, так, простое любопытство. Можете идти отдыхать… Да, Илмар, не забудь предоставить рапорт на награждение. Вам чего бы хотелось, ребята, памятных знаков или просто денег?

– Просто денег! – разом воскликнули Гавстальд и Табиний.

– Слыхал, префект? Ну, что встали?

Отдав честь, воины повернулись к выходу.

– Эй, эй! – вскинул глаза Рысь. – А ты куда спешишь, Кассий? С тобой я еще не общался.