— Нет. Что ты делаешь? — спросил Ларри.

Она не ответила. А вместо этого нажала на кнопки на телефонной трубке.

— Боже, — прошептала Лейн.

Ларри застонал. Он пожалел, что упомянул Пита. Но идея действительно принадлежала Питу.

Сейчас обе женушки спустят на них всех собак.

Хотя, с другой стороны, неплохо иметь рядом Пита для моральной поддержки.

— Это Джина. — Голос ее был спокоен. — Я бы хотела поговорить с Барбарой… Нет, не шучу… Да, действительно «ого»… Привет, Барбара, это Джина. Кое — что произошло. Я бы хотела, чтобы вы с Питом подошли к нам сейчас… Сказать нашим мужьям пару ласковых слов. Прихвати с собой что — нибудь острое. Может, нам захочется прирезать их.

«По крайней мере она не потеряла чувство юмора», — подумал Ларри.

Джина повесила трубку.

— Сейчас они будут здесь, — сказала она.

— Прекрасно.

Она села, глотнула кофе, поставила кружку, бросила на Ларри хмурый взгляд и сказала:

— И что же ты там делал сегодня ночью?

Сердце у Ларри учащенно забилось. Его бросило в жар.

— Ничего.

— Как это «ничего»? Ведь ты был там с этой штукой. — Она повернулась к Лейн. — Так ведь?

— Он шел туда во сне, — сказала Лейн. — Он не соображал, что делает.

— А что он делал?

Лейн взглянула на него и сжала губы.

— Рассказывай, — сказал он. — Тогда мы оба узнаем.

— Папа разговаривал с… с телом. По — видимому, ему что-то снилось, и они вели разговор. — Она повернулась к Ларри. — Я думаю, она пыталась уговорить тебя вытащить кол.

— О, мой Бог, — прошептала Джина.

Лейн обернулась к матери.

— Он не сделал этого, — быстро сказала она. — Я не знала, что этот труп, возможно, вампир, но… Я разбудила его прежде, чем он успел вытащить кол.

— А вы, молодая особа, что там делали?

— Я беспокоилась. Я подумала, что папе ни к чему проводить всю ночь на диване лишь только потому, что он выпил пару лишних рюмок. — Она сердито посмотрела на Джину. — Поэтому, приняв ванну, я решила разбудить его, чтобы отправить в постель, но его в гостиной не оказалось. Он шел к гаражу. Поэтому я и пошла за ним; Я боялась чтобы с ним ничего не случилось. С ним что-то было не то. Он двигался во сне. Он совершенно не соображал, что делал.

— Итак, ты проследовала за отцом на чердак и увидела, что он разговаривает с трупом — посмотрела на Ларри. — Ты теперь, наверно, гордишься собой.

— Я ничего не мог поделать. Я спал.

— Он действительно спал, мама. Ты бы слышала, как он завопил, когда я разбудила его.

Раздался звонок в дверь. Джина, не говоря ни слова, встала из — за стола. Подошла к Лейн. Покачав головой, легонько провела рукой по волосам дочери и быстро вышла из кухни.

— Мне, действительно очень жаль, что все так получилось, — сказал Ларри.

— Да ничего. Но мама, по — моему, вне себя.

— Боюсь, что так оно и есть. Это большой удар для вас обеих.

— Я рада, что ты не успел вытащить этот кол.

— Я тоже. А я собирался это сделать, да?

— Да. Ты уже взялся за него, когда я разбудила тебя.

— Господи Иисусе.

— Ты действительно думаешь, что она бы… — Лейн покачала головой.

— Ожила бы? Не знаю. Вероятно, нет. Но все равно я рад, что ты остановила меня. — Он вымученно улыбнулся. — И я тебе очень благодарен, что ты так заступаешься за меня.

— Не за что, папа.

— Ты — хорошая девочка, что бы о тебе ни говорили.

Она тихонько рассмеялась и вдруг вздрогнула. Глаза ее расширились, словно от внезапной боли. Она побледнела.

— Что случилось?

Она странно посмотрела на него. Ларри показалось, что она хочет рассказать ему что-то ужасное. Но она сказала:

— Ничего. Просто я чувствую себя не совсем хорошо. Колики.

— Ты уверена, что дело только в этом?

— А тебе этого недостаточно?

— Ты можешь лечь спать. Тебе вовсе не обязательно наблюдать этот фейерверк.

— Такое я пропустить не могу.

Первым на кухню вошел Пит. На нем был синий махровый халат поверх белой пижамы, а на ногах мокасины. Нос был забинтован. Он был похож на четвероклассника, которого застукали, когда он вставлял гвоздь в стул учителю. Встретившись глазами с Ларри, одними губами он беззвучно прошептал:

— Что случилось?

Ларри приподнял вверх уголки губ. Покачал головой.