— А если этот человек уже не на Олимпике? — спросил я.

— Найдём в любом случае, — буркнул Гриссом.

— Кстати, — из кильватера вперёд вышел Веллер, — мы успели определить цель хакерской атаки, прежде чем вырубилась система.

— Дай догадаюсь, — Гриссом продолжал насупленно молчать, твёрдо направляясь к своему кабинету, так что в дело пришлось вступить мне. — Они хотели добраться до посылки из госпиталя?

— Точно. Тем более, что сервер самого госпиталя был взломан вполне успешно. Хакеры атаковали их одновременно с нападением на курьера.

— А наш почему обидели?

— Несогласование во времени? — Гриссом ворвался в кабинет и оккупировал кресло.

— Я проверю записи, — спохватился Веллер. — Наверняка, внедрение началось одновременно, только они не ожидали, что наткнутся на наши доморощенные блоки защиты и провозились с ними какое-то время.

— Откуда велась атака, удалось узнать?

Веллер только развел руками:

— Не в этот раз, шеф. Но, если они повторят атаку, мы будем готовы. Жан уже предложил кое-что интересное.

На том главного системщика мы и отпустили.

Как раз поступило сообщение от Григория. Он что-то выяснил, так что пришлось брать руки в ноги и отправляться в Гранд-Хотель, оставляя за спиной неопределённость, правда, с уверенностью, что Гриссом во всём разберётся. В любом случае, ему придётся снимать с дел нескольких агентов, чтобы дежурить в офисе. После неудачи с хакерской атакой неизвестные могут нанести визит лично. От такого не застраховано и КГБ, не смотря на грозную аббревиатуру.

По пути перехватил Уорика. Его команда как раз подъехала к зданию. Ребят лейтенант отпустил по домам, сам же собирался подняться наверх, чтобы продолжить беседу с Гриссомом. Узнав, что в его услугах полковник пока не нуждается, Уорик с удовольствием согласился составить мне компанию. К тому же от Гранд-Хотеля ему ближе домой добираться.

Про Гранд-Хотель я уже рассказывал. Это один из двух самых высоких в Дакетте небоскрёбов. Чтобы снять в нём номер, нужно много денег и удачи.

Добрались на такси. Водитель жёлтого драндулета лихо подкатил к основанию широкой лестницы, ведущей к парадному входу. Швейцар открыл дверцу, в расчёте на то, что из салона выйдут будущие постояльцы отеля, и одарят его чаевыми. От центрального входа, чуть не бегом, к нам стал спускаться молодой парень в оранжевом, военного покроя, френче и бескозырной шапочке. Портье пришлось поумерить пыл, когда из машины появились мы с Уориком. Лейтенант, перед тем, как отправиться на очередное задание, скинул с себя шлем, и бронежилет, оставшись в чёрной спецназовской форме. Не узнать в нём полицейского было затруднительно. Портье замер, словно в стену влепился. На лице появилось разочарование, и он отправился обратно на пост, ожидать следующих посетителей.

Просторный холл с высокими потолками, недалеко от входа небольшой фонтан. Перед ним на широком постаменте, под лёгкую музыку, танцуют пять танцовщиц в сари. Голографическая программа, конечно, но сделана настолько здорово, что казалось, это живые люди. Ближе к лифтам стойка, за которой два работника отеля и охранник напряжённо всматриваются в новых посетителей, от полиции не ожидая ничего хорошего.

Недалеко от стойки мы обнаружили Григория. Он любовался танцем голографических танцовщиц и, как только увидел нас, вскочил, замахал руками. Чудак-человек, я его и так увидел. На полголовы ниже меня, с пробивающейся лысиной, коренастый. Выглядел на все сорок пять, хотя всего на два года старше меня. Вкупе с беспокойным характером выглядит этаким колобком. При этом хороший оперативник, раскрутивший в своё время пару громких дел. Сейчас он на такое не способен: подсадил печень и, хоть её привели в порядок, но Григорий стал уже не тот.

— Привет, ребята! — воскликнул он, подойдя ближе. — Что у нас там в офисе творится? Я не мог никак достучаться до Гриссома.

— Небольшие проблемы, — я не стал рассказывать подробности, сам потом всё узнает. — Что у тебя? Нашёл отправителя?

— Это было не трудно, — Григорий достал из внутреннего кармана пиджака электронную записную книжку. — Вот! Я тут всё записал. Вычислил, с какого терминала была напечатана та записка, и выйти на человека, который это сделал, не составило особого труда.

— Да ты волшебник! — иногда не помешает и немного лести.

— Брось, Крис! Лучше смотри, что за цыпа писала нам записку.

Оперативник ткнул мне в нос книжку: тоже привычка такая. Пришлось аккуратно отвести его руку чуть подальше. Только тогда смог рассмотреть рыжеволосую даму лет тридцати с хвостиком.

— Точно она? — недоверчиво взглянул на Григория.

— Точно, — закивал он. — К терминалу, кроме неё, никто не подходил. Ты знаешь, кто это?

— Первый раз вижу, — я уставился на Григория в ожидании откровения. И оно прозвучало:

— Ну, тёмный ты, Крис! Это же Кэрри МакГвайер!

Ага, сразу многое объяснило.

— Ну, Крис! Ты что, газет никогда не читаешь, что ли? Самый скандальный репортёр «Мехико-Таймс»!

— Вот мне больше делать нечего, как «Мехико-Таймс» читать. За каким, интересно, мне нужны газеты другого континента? Я и наши-то ни разу в глаза не видел.

— Видел, с кем приходится работать? — Григорий обратился к Уорику, тихо-мирно стоявшему рядом и не пытавшемуся влезть в разговор. — Тёмный ты, Крис.