Сейчас карту с восторгом рассматривали четверо гастов. Судя по их выкрикам и резким движениям, все свели знакомство с богатыми запасами питейного склада. Их наряд представлял собой невероятную смесь из гастовской одежды и шмоток, реквизированных у элиты.

Военные, сидевшие в своих креслах, хранили молчание и смотрели на гостей как на диковинных, сбежавших из зоопарка животных.

Увидев Корнилова, один гаст улыбнулся, выплюнул окурок и широко расставил руки, явно намереваясь заключить вождя революции в объятия. Это был Губа.

– Веришь ли, Юрка, эти генералы не хотели нас к тебе допускать! Наверное, мечтают, ха-ха-ха, старые порядки восстановить!

Корнилов оттолкнул Губу и сел в кресло рядом с Хорошевым.

– Обниматься потом будем. Говори, зачем пришел и выметайся вместе с корешками.

От удивления гаст разинул рот.

– От оно как. От оно че. Ты теперь, Корнилов с этими заодно? Гляньте-ка, братки: новый фараон нарисовался. Ой, не могу! Держите меня, счас упаду!

– И упадешь. Если не сам, то я тебе помогу, – пообещал Юрий.

– Ладненько! – глава делегации демонстративно сплюнул на мраморный пол. – Мы предполагали что-то в этом роде. Жаль, не ошиблись. Значится так: слушай, Корнилов, наши условия. Первое. Новая Лига Гастов должна считаться само… Само… Черт. Сейчас.

Губа вытащил из кармана мятый лист бумаги, поднес его к глазам, прищурился. Пока он искал нужный абзац, его товарищ воспользовался паузой.

– Про баб не забудь сказать. Они должны нас обслуживать.

– Скажу. Ага. Самостоятельной структурой и обладать всеми полномочиями и привилегиями…

Корнилов слушал условия, которые зачитывал полупьяный гаст со смесью презрения и ужаса. Демократия в действии. Все за что он боролся с таким пылом, оказалось призраком, химерой. Жаждавшие справедливости, самые бесправные жители Рублевской Империи получив желанную свободу, моментально обратились в скотов. С его легкой руки одно из самых жизнеспособных сообществ стало походить на самую затрапезную станцию Метро. Если еще и нет – то это дело времени. Через неделю бардак станет необратимым. Полный марафет.

Юрий переглянулся с полковником. Тот, похоже, придерживался такого же мнения. Выражение его лица говорило: это надо остановить, сейчас, пока все не зашло слишком далеко.

– Хватит! – Корнилов встал. – Уберите отсюда эту мразь!

Он и сам не ожидал того, насколько быстро будет выполнено это приказание. Дежурившие у входа парни в пятнистой форме влетели в зал, как смерч. Не прошло и минуты, как четверо делегатов были разоружены и лежали, уткнувшись носами в заплеванный ими же пол.

Гастов выволокли из зала. Юрий собирался сесть, но Хорошев чуть заметно покачал головой.

Сказал «а», говори и «бэ». Нечего останавливаться на полпути. Корнилов посмотрел на военных. Генералы и полковники замерли в ожидании. Они хотели знать, чем дышит предводитель гастов. Взвешивали. Решали.

– Жуковка гибнет на глазах, – начал Юрий спокойным, размеренным тоном. – За ней рассыплется к чертям вся Империя. Только армия способна остановить начавшийся беспредел и вернуть порядок. Поэтому я хочу обратиться к руководителям, сумевшим сохранить дисциплину во вверенных им подразделениях. От имени всех, кому не безразлична Империя, я прощу вашей помощи…

Корнилов сделал паузу, чтобы увидеть реакцию военных. Генералы и полковники переглядывались и перешептывались. Некоторые одобрительно кивали головами.

– С вашего позволения предлагаю следующий план действий. Первое. Армии на время придется поступиться своими принципами и вмешаться во внутренние дела. Второе. Всех гастов разоружить и до полного отрезвления запереть в бараках. В случае сопротивления без колебаний применять оружие. Они достаточно натворили и заслужили хорошую взбучку. Третье. Срочно взять под усиленную охрану все ключевые объекты. Четвертое. Восстановить сторожевую службу на Периметрах. Пока все. Остальные мероприятия будут носить организационный характер.

– Складно говоришь, Корнилов, – не вставая, прогнусавил седой генерал, которому на вид было никак не меньше семидесяти. – А что прикажешь с гастовской братией делать, когда они протрезвеют? Голодом их, что ли в бараках заморим? Нам не стоит забывать, что гасты – силища. При желании они сметут со своего пути и три таких армии, как наша.

– Сметут, обязательно сметут, – кивнул Юрий. – Однако эти парни, как известно, могут не только разрушать, но и созидать. С ними буду говорить я и могу гарантировать, что меня услышат. Не стоит думать, что все гасты – пьяницы, насильники и воры. Просто в любой семье без урода не обходится.