Вернувшись в свои покои, Патриций прошел к ближайшему фонтану и коснулся ладонями прохладной водяной кожи. Разбуженная гладь недовольно зашипела.

– Ну, прости уж, прости, – приговаривал Георг, погружая руки в её безмятежное тело. – Прости меня, пожалуйста.

Охладив пылающие ладони, он стряхнул капли на пол и прошел в спальню. Теперь ему на самом деле хотелось уснуть.

– Значит, Патриций может отдавать приказы Организации… – Анаис задумчиво смотрела на неспешные водяные потоки.

– Конечно, а как же.

– Мне почему-то все время казалось, что это можешь сделать только ты.

– Я и он. Пока я был во главе, приказы Георг отдавал через меня.

– Значит, ты мог бы отозвать этих людей с Сатурна? – Сократ перегнулся через бортик, зачерпнул прохладной воды и смочил лоб.

– Мог бы, но только в том случае, если бы не было Патриция.

– То есть его приказ ты смог бы отменить? – уточнил толстяк.

– Мог бы, но не совсем понимаю, к чему ты клонишь?

– Мне надо кое-что обдумать. Ребята, сейчас уже глухая ночь, предлагаю пойти немного отдохнуть, а с утра пораньше собраться в Деревянной Столовой.

– Мысль неплоха, – Алмон взял бумаги и поднялся. – Ластения, куда поселим Дэна?

– Я провожу его в гостевые покои. Алмон, – девушка подошла к полуволку, глядя на него потемневшими тревожными глазами, – Алмон…

– Милая, мы обязательно что-нибудь придумаем, я обещаю тебе.

Дракула с Палачом вышли на балкон.

– Зима началась… время перемен, – осторожно вдохнул острый морозный воздух старый вампир.

– Почему – перемен? – Палач поправил воротник меховой накидки.

– Зимой на Марсе все время что-нибудь происходит, разве ты не замечал?

На светлом полу Деревянной Столовой подрагивали солнечные квадраты. Первой пришла Анаис, следом явился Денис.

– Утро доброе, – улыбнулся он.

– С первым тебя утром на Сатурне.

– Прости, что я все время, как дурак, улыбаюсь, – он смотрел на изящную девушку в бледно-желтом платье, ниспадающем до самого пола, – но ты самая настоящая принцесса! Удивительно! А я-то все думал, почему ты майки с джинсами так рассматриваешь, теперь понятно.

– Да, у нас женщины редко носят мужскую одежду, – улыбнулась Анаис, присаживаясь за стол. – Как тебе в нашем мире?

– Надо привыкнуть, – он огляделся. – Боюсь что-либо трогать, чувствую себя так, будто заявился в Эрмитаж и принялся обживаться в свое удовольствие. Для человека, который во дворце был только на экскурсии и то один раз в жизни, трудновато соорудить в голове мысль, что здесь можно просто жить. Да к тому же жить не просто во дворце, а во дворце Сатурна!

Вскоре подошли остальные.

– М-да, вижу, все отлично выспались и прекрасно отдохнули, – Сократ обвел взглядом встревоженные бледные лица с тусклыми глазами. – А Денчик и переодеться даже не удосужился.

– А мне не во что, – простодушно ответил молодой человек, – мне не дали больше ничего. Я вообще в одежде спал – не смог расстегнуть и снять этот кафтан… или камзол, я не очень хорошо разбираюсь в такой моде. Мне бы такую одежду, как у Алмона и Сократа, ну, в виде рубашки и брюк… Нет, дня три я, конечно, смогу продержаться…

– Не волнуйся, – ответила Анаис, – с одеждой проблем не будет. Кто-нибудь есть хочет?

– Да, можно чего-нибудь перекусить, – вздохнул Сократ, – и выпить.

На удивление Терр-Розе промолчала. Облаченная в черное платье без всяких украшений, королева курила длинную тонкую сигарету, заправленную в малиновый мундштук, и смотрела в одну точку.

– Что хотите на завтрак? – Ластения жестом подозвала слугу.

– Я бы кофе выпил, – Дэн едва сдерживал зевоту.

– У нас есть напиток бодрости, – сказала Анаис, – он не такой специфически ароматный, как кофе, но действует похожим образом. Давайте всем напитка. Мне что-нибудь легкого, овощного.

– А мне мясо, большой кусок мяса, – Сократ показал размер вожделенного куска, – с зеленым гарниром и остренькими соусами. И вина, красного терпкого вина.

– Какое варварство, – выдохнула сигаретный дым Терра.

– Имею право. Уверен, никто из вас не смог сообразить ничего стоящего и реально выполнимого, а я придумал, я нашел выход.

– Какой? – хором спросили друзья.

– Сначала мясо, большой кусок мяса.

Из спальни Патриций вышел уже далеко за полдень и приказал слуге позвать Дракулу с Палачом. Вскоре слуга сообщил, что они уехали.