Через три дня в кабинете появился Ицу.

– Поехали, проветришься, а заодно посмотришь, что я успел сделать, – сказал он.

С моря дул сильный ровный ветер, шевеля лоскуты отставшей краски на окнах. Тайгер стоял во дворе, рассматривая виллу. Внешне она не изменилась. Даже отвалившаяся от стен штукатурка лежала на прежнем месте.

– Ну а теперь посмотри, что внутри, – сказал Ицу.

Тайгер распахнул обшарпанную дверь и удивленно замер посреди холла. Насколько здание было запущено снаружу, настолько оно поражало роскошной отделкой внутри.

– Надо же как-то компенсировать внешний вид, – сказал по этому поводу Ицу. – Нас будут посещать уважаемые люди.

– Где ты взял столько китайцев, – спросил Тайгер (вилла была битком набита китайцами), когда они вышли во двор.

– Разумеется, из Китая. Это хорошие работники и надежные люди, – ответил Ицу. – А я кто, по-твоему?

Было восемь утра. Свет дня, пробиваясь сквозь витражи, падал на пол цветными бликами. Лус стоял с отчетом перед столом Тайгера. На костюме ни единой морщинки и по-прежнему невозмутимое, словно маска, лицо. Когда он закончил доклад, Тайгер бросил взгляд на часы. Бедняга говорил сорок минут. Тайгеру хотелось спросить, что это за «Пэйт-Ай-Сит корпорейшен», которая собирается судиться с «БТ», но потом раздумал.

После Луса в кабинете появился Ицу.

– Я на пять минут, – сказал он. – Наши парни зашевелились. Пока мы пользуемся путями, проторенными нашей кампанией по легализации боевых искусств. Кстати, сегодня наши люди забросили удочки в Оксфорд. Там есть несколько мировых светил, махровые материалисты, трухлявые пни. По-моему, они и сами уже не верят в однозначно материалистическое трактование мира. Так вот, либо они начнут петь с нашего голоса, а затем уйдут в отставку с чеком на круглую сумму, либо мы их просто столкнем с дороги. Все, я пошел, – Ицу растворился в дверях.

Едва Тайгер поднялся из-за стола, как двери, только что закрывшиеся за Ицу, распахнулись, и в кабинете появилась Джеки. Она повисла на шее Тайгера, и он долго вдыхал ее запах.

Стол был накрыт на веранде. Человек, которого Тайгер видел впервые, неслышно скользил по дубовому полу, меняя блюда.

Внизу в прозрачной дымке лежал город. Звуки, доносившиеся оттуда, были приглушенны и не резали слух. Жизнь вокруг холма казалась безупречной.

– Чем ты здесь занимаешься, – спросила Джеки.

– Пытаюсь постичь азы бизнеса и контролировать корпорацию Баха.

Джеки с сомнением покачала головой:

– Ты и бизнес – вещи несовместимые. Мне так кажется.

– Я это знаю.

– Тогда зачем это тебе?

– Я не хочу, чтобы империя Баха пришла в упадок.

Джеки недоуменно посмотрела на Тайгера:

– Зачем тебе это нужно. Ведь у тебя теперь столько денег, что хватит тысячу лет жить в баснословной роскоши.

– Дело в том, – произнес Тайгер, чувствуя на себе вопросительный взгляд Джеки, – что мы с Ицу замыслили одно дело. На это уйдет гора денег.

– Решили построить мост, соединяющий Азию и Америку? – улыбнулась Джеки.

– Мост от человека к Богу.

– А разве он существует? – спросила Джеки.

– Да.

– И что, – в глазах Джеки появился интерес. – Ты хочешь это доказать?

– Да!

– Как? – спросила Джеки.

Вечер медленно катил раскаленный шар солнца к горизонту, чтобы утопить его в море.

Тайгер наблюдал, как Джеки купается в бассейне.

В гараже шофер готовил один из автомобилей Баха к выезду. Тайгер собирался отвезти Джеки поужинать. Он сидел в тени огромного платана в состоянии близком к медитации. Оно могло быть медитацией, но вид обнаженного тела Джеки не давал ему полностью сосредоточиться. Глаза Тайгера были наполовину прикрыты. Со стороны можно было подумать, что он дремлет, но, тем не менее, каждое движение тела Джеки фиксировалось в его голове.

Когда цвет солнца из желтого окончательно перешел в красный, Тайгер чуть плотней сомкнул веки и расслабился, делая полный выдох и изгоняя из сознания смутные полупроявленные ощущения. Тело Джеки превратилось в неясное пятно, не несущее никакой информации.

Утром в кабинет к Тайгеру вошел Адамо Веласкес. У него был слегка помятый вид.

Веласкесу пришлось ночью вылететь из Австралии, где под его наблюдением снимали фильм о боевых искусствах.

– Как идут дела, мистер Веласкес? – спросил Тайгер.

– Отлично! Ведь мы теперь монополисты. Честно говоря, сэр, мы не ожидали от вас такой прыти. Ведь существует закон против монополий, но вы очень ловко обставили дело. Я собираюсь увеличить цены на билеты вдвойне, – сказал Веласкес.