Пунтаренос был небольшим курортным городком с широкой полосой пляжа, к которой вплотную подступали небольшие бары и открытые кафе. Несколько пирсов глубоко выдавались в море с берега. К ним причаливали для разгрузки пароходы.

Вилла Баха расположилась между Пунтареносом и огромным зданием госпиталя, что находился милях в четырех от городка.

Территория виллы упиралась одним концом в небольшой, хорошо оборудованный пляж с привозным желтым песком, другим – в небольшой холм, поросший пальмами. Кроме основного здания, по территории было разбросано с десяток небольших бунгало.

Оба контейнера внесли в простой двухэтажный дом, расположенный на холме.

Вольф, наблюдая за действиями рабочих, затянулся сигаретой и недоуменно уставился на Баха, собираясь что-то сказать.

– Не беспокойтесь, профессор, – опередил его тот. – Дом, хоть и расположен вне территории, тем не менее, охраняется надежно.

– Понимаете, профессор, сама не знаю, что на него нашло. Он практически не пьет, а тут целая бутылка бренди. Теперь он спит как убитый, – произнесла Джеки.

– М-да! – только и смог сказать Вольф. Он подошел к Тайгеру, который, раскинув руки, лежал на кровати, нагнулся над ним, потянул носом и поморщился. – Как из винного погреба! Ну а с вами, я надеюсь, все в порядке? – Вольф обернулся к Джеки.

– Со мной – да! – ответила она.

– Ну, тогда идемте. Придется сегодня вместо него перемещать вас.

– Баха в меня? – изумленно спросила Джеки.

Вольф рассмеялся:

– Потрясающая мысль! Представляю, что почувствовал бы Бах, окажись он в вашем теле! Баха придется оставить на завтра, когда ваш друг придет в себя. Вы перемещаетесь в женщину. Она старше вас всего лишь на пятнадцать лет и вовсе не толстая. – Вольф еще раз посмотрел на Тайгера. – Впрочем, я его понимаю. Завтра ему предстоит работа не из легких.

Когда дверь за Джеки и Вольфом закрылась, Тайгер встал. Через полчаса, переодевшись во все черное, он покинул бунгало.

Стараясь держаться неосвещенных мест, Тайгер добрался до изгороди, перелез через нее и, остороожно ступая по влажному, усыпанному прелыми листьями холму, подкрался к дому.

Светились только два окна второго этажа. Тайгер посмотрел на них, затем на пальмы, что росли рядом с домом, и понял, что его задача значительно облегчается. Прежде чем взобраться на дерево, он решил выяснить, где находятся охранники, и отступил обратно в тень. Через пару минут от левого крыла дома донеслись голоса, а затем вспыхнул крохотный огонек пламени. Зажигалка, понял Тайгер. Видимо, охранники сошлись вместе для перекура. Чтобы убедиться в верности своего предположения, он некоторое время оставался на месте, а когда почувствовал запах дыма, подошел к пальме и стал бесшумно взбираться на нее. Прежде чем охранники докурят сигареты, он успеет увидеть все, что ему нужно. Правда, он не очень хорошо представлял, что это будет такое.

Первое, что возникло перед его глазами, – это затылок Вольфа. Тайгер поднялся еще выше по стволу и увидел всю комнату. Вольф стоял за длинным узким столом, уставленным приборами. В глубине комнаты находились две тахты. На одной из них лежала незнакомая Тайгеру женщина, на другой Джеки. Обе, по-видимому, спали. У каждой на голове был массивный шлем. От шлема к приборам на столе тянулось множество серебристых проводов. Вольф без конца поворачивал голову то вправо, то влево. Временами его руки производили какие-то манипуляции с приборами.

Тайгер просидел перед окном с минуту. Потом до него дошло, что, торчи он здесь хоть целую вечность, понять все равно ничего не удастся. Он осторожно спустился с пальмы и вернулся в свой коттедж. Спектакль, который они с Джеки разыграли перед Вольфом, ничего не дал. Тайгер был разочарован. Возможно, то, что удалось увидеть в окно, могло что-то сказать специалисту, но для него осталось полной загадкой.

Тайгер разделся, лег и попытался снова разобраться в том, что он увидел в коттедже. Но это ничего не дало. В конце концов, он уснул.

– Джон, вы слышите меня?! – Кто-то настойчиво теребил Тайгера за руку. – Как вы себя чувствуете?

Тайгер открыл глаза. Перед ним на краю кровати сидел Вольф. Щеки его были чисто выбриты, а под глазами синели круги.

Тайгер взглянул на часы – шесть утра. Потом перевел взгляд на Вольфа и подумал о том, что профессор наверняка еще не ложился.

– Слегка побаливает голова, – соврал Тайгер.

– Ничего страшного, – успокоил его Вольф. – Через несколько часов вы будете находиться в другом теле, а головную боль за вас будет чувствовать Бах.

– Спасибо! Вы меня утешили, – усмехнулся Тайгер, поднимаясь с кровати. – Только вот ощущение его безобразного тела будет похлеще всякой головной боли.

– Ничего! – ободряюще похлопал его по плечу Вольф. – Почаще думайте о миллионах, которые ждут вас по истечении контракта.

Что у Баха не все в порядке с сердцем, Тайгер понял, как только оказался в его теле. Одышку и ноющие суставы он ощутил, едва пройдя несколько метров по комнате. Но прежде он увидел самого себя и услышал свой голос, переливающийся нотками восторга: