Она закрыла дверь и стала умываться. Потом, налив себе чаю, села за кухонный стол и принялась неторопливо ужинать. Она слышала, как Захаров сперва ходил по комнате, потом звенел посудой, шарил в буфете, чертыхался и вскоре замолк.

Когда Лариса вошла в комнату, она увидела на столе пустую водочную бутылку и огрызок огурца. Иван спал, повалившись на постель в одежде и сапогах. Раньше, когда он напивался, Лариса раздевала его и укладывала в постель. Он это знал и не заботился даже о том, чтобы снять обувь. Но сейчас Лариса брезгливо вытащила из-под его головы одну из подушек и постелила себе на диване. Впервые после свадьбы она легла отдельно.

Рядом никто не сопит, не дышит водочным перегаром и можно удобно улечься на чистых, прохладных простынях. И Лариса заснула легко и спокойно. Завтра её ждал трудный рабочий день, её ждали люди, с которыми она теперь вместе работала и вместе веселилась. Её ждал хлопотливый большой мир, в котором они все живут.

Соловьёв и Байтенов объявили комсомольскую неделю, чтобы закончить отделку клуба. Вечерами сюда приходили все, кто был свободен от работы. До трёх-четырёх часов ночи ярко светились распахнутые окна клуба, по комнатам сновали люди, слышались весёлые голоса и песни. Со стороны могло показаться, что новосёлы собрались на праздничный вечер.

Соловьёв наведывался каждый день, проходил по комнатам, где сияли лампы без абажуров, кидая на светлые стены резкие тени от стремянок и козел.

— Молодцы ребята! — хвалил Соловьёв. — По-хозяйски работаете!

— Игнат Фёдорович, ведь для всех стараемся!

— И свадьбы в клубе справлять будем!..

К открытию клуба решили приурочить общее собрание, на котором предстояло решить важный и ответственный вопрос: какое имя присвоить совхозу.

Байтенов беседовал с рабочими мастерской, ходил к шофёрам в гараж, побывал у строителей — все только и говорили о «крестинах», в жарких спорах отстаивая свои предложения.

У директора часто собирались Надя Байтенова, Геярчин, Саша Михайлов, Тогжан и Байжен Муканович. Решали, кого из производственников, из комсомольцев, отличившихся на постройке клуба, надо премировать, отметить в приказе. Составляли программу художественной части.

И вот загорелись огни у входа в клуб. Из репродукторов полилась музыка. Принаряженные, празднично настроенные люди наполнили фойе и зрительный зал. Приехали, конечно, и гости из «Жане турмыса» — ходили, смотрели, восхищённо качали головами.

Собрание открыл Байтенов. Он поздравил собравшихся с большим праздником — открытием клуба.

— Это здание, — сказал Байтенов, — свидетельствует о том, с какой заботой относится государство к нашей молодёжи, приехавшей на целину. Вы сами знаете, сколько израсходовано средств на строительство и оборудование клуба. Но отрадно и то, что в стройке принимали участие вы сами, трудясь и вечерами, после работы, и в праздничные дни. Мы только что получили подарок: в наш адрес пришло много посылок с книгами, играми, гитарами, патефонами, пластинками. Нам даже прислали то, чего не хватает в мастерских: инструменты, резцы, запасные детали. Люди разных республик думают и заботятся о нас…

Зал встретил это сообщение радостным гулом. После того как выбрали президиум, приступили к обсуждению главного вопроса. Сперва всё шло спокойно и деловито. Саша зачитал список поступивших предложений. Ильхам предлагал назвать совхоз просто — «Целинник», Тося — «Комсомольский путь». Имангулов советовал дать название по месту расположения — «Совхоз Светлое озеро». Были и другие названия, но они не вызвали единодушного одобрения, и вскоре из разных мест зрительного зала посыпались предложения:

— Совхоз «Гигант»!

— «Новая земля»!

— «Светлый путь»!

— Совхоз «Поднятая целина»! — раздался чей-то голос.

— Нет! Совхоз «Бакинец»! — воскликнул Асад.

— Почему «Бакинец»? — возмутился Саша. — Это неправильно!

— Пусть будет «Ленинградец»! — быстро согласился Асад. — Можно даже назвать «Ленинградские Робинзоны»! Совсем не плохо!

В зале стало так шумно, что отдельных выкриков уже не было слышно. Тогда Соловьёв встал и прошёл на трибуну. Ему пришлось подождать, пока зал успокоится.

— Вот что, друзья, — тихо и спокойно заговорил директор совхоза, — очень хорошо, что вы так спорите. Значит, каждого волнует этот вопрос. Правда, кое-кто решил серьёзное дело превратить в забаву. Но мы, товарищи, не литературную викторину проводим, а решаем ответственный политический вопрос. И дело вовсе не в том, чтобы придумать какое-то броское, оригинальное название. Я думаю, что многие из вас, приехав по призыву партии в Казахстан, не совсем ясно представляли себе, что это за край, где они будут жить, где станут поднимать целину. А ведь Казахстан — удивительная земля!