Шрифт:
— Черта с два он рушится!
Донна решила больше не спорить. Они были уже на полпути от О'Конноров, и возвращаться она не собиралась. А дом и вправду разваливался. Из-за грязи он сместился. Предметы упали со стен. Окно на кухне разбилось. И даже Берти не отрицала, что слышала исходящий от фундамента треск.
— Уже совсем немного осталось.
Берти фыркнула. — Ну не хрена себе, совсем немного. Мы здесь сдохнем. Я тебя все равно обскакала — уже купила себе место под могилку. Выбрала его десять лет назад. Осталось только вырезать дату смерти.
Казалось, она очень гордилась этим фактом, и Донна лишь вздохнула в ответ.
Что это было?
Донна остановилась. Несколько секунд она почти не дышала.
Прямо перед ними по поверхности грязи пробежала крупная рябь, словно там проплыло что-то очень большое.
— Ну и какого черта? — спросила Берти.
— Подожди минутку.
— У меня нет минутки. Я уже еле живая.
Донна проигнорировала ее.
Снова послышался всплеск.
На этот раз сзади. Теперь справа от нее. Словно что-то кружило вокруг них в грязи. Ее первой мыслью было, что это акула, несмотря на абсолютную нелепость предположения. Акулы не плавают в грязи, и уж точно не обитают в гребаном Висконсине.
Все же… жуткое чувство, что они окружены, не ослабевало. А лишь усиливалось.
У них за спиной раздался всплеск… как будто что-то всплыло и снова нырнуло обратно.
— Давай же, Берти, нужно выбираться отсюда. Уже близко.
— Разве я тебе не говорила?
Донна пыталась двигаться быстрее, но навлекла на себя лишь больше брюзжания Берти. Им нужно торопиться. Донна не могла это объяснить — да и времени на это не было — но что-то к ним приближалось.
Что-то очень большое.
На небе выглянула полная луна.
27
Тони хотел было оттащить Марва в сторону и сказать, — это у нее не ребенок в руках, не Джесси, а гребаный пластмассовый пупс. Кэтлин тащит гребаного пупса. Неужели не видишь?Но не стал, потому что понимал, что в этом нет никакой необходимости — Марв вполне осознавал, что Кэтлин спятила. Как и Тони, он не хотел знать, что именно толкнуло ее бродить в грязи с пупсом в руках.
Тони думал о Ферн и близняшках.
Неужели они действительно хотят привести с собой эту чокнутую? С другой стороны, разве есть другие варианты? Они не могли бросить ее на улице. Ферн поймет, что нужно делать. Как и все женщины. Тони вдруг захотелось увидеть Чарис. И даже Стиви.
Но он не хотел думать о Стиви.
Кэтлин остановилась.
Когда они заметили это, она отстала от них уже на пятнадцать футов. Она просто стояла, издавая низкий стон, словно испытывала оргазм.
— Ох… ох… ох…, - произнесла она голосом, полным смятения и восторга. — Так тепло. Очень тепло. Разве не чувствуйте? Почти горячо. Я чувствую это ногами, и моей… моей…
— Кэтлин, — окликнул ее Марв. — Нужно уходить.
Но она просто стояла, по пояс в грязи, которая, казалось, с каждым часом поднималась все выше. Стояла, словно впав в религиозный экстаз. Марв позвал ее, и она снова пришла в движение, очень медленно, словно заведенная ключом механическая кукла.
Потом снова остановилась как вкопанная. Она походила в лунном свете на игрушечного солдатика. — Ох… ох… ох, — застонала она снова. — Она как будто кипит, как будто она… она… — Тут Кэтлин замолчала. Ее бессмысленная болтовня сменилась сперва «охом» удивлениям, потом боли.
Ее рука была опущена в грязь.
Кэтлин выдернула ее, и они увидели, что с нее свисает червь. Это был огромный, щетинистый монстр, диаметром с рулон туалетной бумаги. Он вцепился ей в руку и укусил. Тони отчетливо услышал, как под мощным давлением хрустнули кости. Кэтлин мотала головой из стороны в сторону, крича и размахивая рукой, тщетно пытаясь избавиться от твари.
— Черт! — закричал Тони в ночь. — Она схватила ее! Одна из тех тварей схватила ее!
Спотыкаясь, он бросился вперед, но Марв перехватил его, и потащил назад. — Нет, — сказал он. — Ты ей не поможешь.
Тони был готов его ударить.
Он можетей помочь, но сперва нужно добраться до нее… в тот момент червь взмыл вверх и заглотил всю ее правую руку по плечо. И тут же рванул вниз, срывая зубами не только рукав ее дождевика, но и кожу. Он ободрал ей руку до мяса.
— КЭТЛИН! — закричал Тони.
Она исчезла под грязью.