Соратники-подельники на мои слова только согласно покивали, и я продолжил:

— Крайний рейд нам прибытка не принес. Убито три поисковика и шесть человек ранено. Потеряны два разведывательных колесных дрона и броня побита, а добыча мизерная. Однако не все так плохо, как может показаться. Мы провели разведку, и я пришел к выводу, что если и бродить по горам, то небольшими группами. Поэтому в следующий рейд к КП 79-го корпуса я пойду с Раулем, и на связь мы выходить не будем долго. Месяц-два, а то и больше.

— Как так!? — сразу же возмутился Бялецкий. — А мы чем заниматься станем?

— В самом деле, — поддержал его Симмонс, — что за чепуха? Или, может быть, ты собрался распустить группу? Так не проблема, скажи, и мы разбежимся.

— Стоп! — я приподнял правую ладонь и дождался, когда камрады затихнут: — Группу распускать я не собираюсь, и даже наоборот, хочу увеличить численность бойцов, а значит, что дело всем найдется. Так что нечего зря кричать. Готовы меня выслушать?

За всех ответил Валеев:

— Говори, Тор.

— Тогда распоряжения будут следующие. Ахмед, ты по-прежнему крутишь дела с аборигенами. Сержант, — кивок Валееву, — на тебе снабжение группы, ремонт и обслуживание техники, и будь готов к тому, что на твоей ферме поселятся новые бойцы. Симмонс, ищи адекватных и опытных поисковиков-одиночек, надо полтора-два десятка крепких мужчин, набор начинай через месяц, раньше не надо.

Камрады переглянулись и Симмонс, хлопнув в ладоши, с улыбкой, поинтересовался:

— А деньги на вербовку и житье-бытье откуда?

— У меня имеется запас. Месяца на три-четыре его хватит, а будут еще и доходы с торговли. Ну, а потом, если все пойдет, как задумано, нас ждут великие дела.

— Ты так уверен в успехе?

— Да.

— Это хорошо, когда лидер уверен. Но ты дай развернутый план. Чего нам ожидать и на что можно рассчитывать?

— Пока конкретики нет. Скажу только, что есть вариант взять под себя КП 79-го корпуса и ни с кем делиться не надо.

— Даже с Маэстро?

Я помедлил и кивнул:

— Даже с ним. Тем более что, насколько я слышал, оклемается он не скоро и сейчас вместо него вольными поисковиками Свир рулит, а с ним мы ни о чем не договаривались. Кстати, хочу напомнить — не расслабляйтесь. Сейчас, после нашего рейда, мы в рейтинге упали и внимание конкурентов, того же самого команданте Альберто Тейлора, сосредоточено на других группах. Но если подставимся, то нам в спину вгонят штырь, а потом его еще и провернут. Поэтому ведите себя тихо, не буяньте и постоянно оглядывайтесь.

— Это понятно, — Симмонс поморщился и взмахнул рукой. — Можно не объяснять.

— Тебе, Викинг, понятно, спора нет, а вот поисковикам ситуация ясна не всем. Впрочем, мы люди вольные и контракты у бойцов временные, а потому опекать я никого не собираюсь. Сказал, а вы услышали и передайте братве. На этом пока все, позже обговорим каждую тему более подробно. У кого и какие вопросы?

Бялецкий приподнял руку:

— Никко Кавер звонил. С тобой встретиться хочет.

— Когда?

— Сегодня.

— Точку указал?

— Да.

— Далеко?

— Нет, роща, где обычно торг ведем. Но выезжать надо в течение часа, а то опоздаем. Вождь, конечно, подождет и никуда не денется. Но…

— Не продолжай. Встретимся. Готовь машину.

У Симмонса и Валеева ничего срочного не было, и камрады покинули мою комнату. После чего мы с Васильевым собрались и, натягивая на себя броню, майор усмехнулся, и сказал:

— Тор, вот до чего же ты беспокойный человек. Только вчера до фермы добрались, толком отдохнуть не успели, а ты уже куда-то спешишь.

— И как, по-твоему, это хорошо или плохо?

— На мой взгляд, это хорошая черта. Константин таким же был, не мог спокойно на одном месте сидеть. Все время куда-то бежал и торопился. А ты на него похож. Настолько, что я пару раз забылся и едва тебя его именем не окликнул.

— Бывает, — затянув ремни разгрузки, я улыбнулся, закинул на плечо десантный рюкзак, подхватил автомат и вышел во двор.

Васильев, как обычно, словно тень, последовал за мной. Машина уже была перед казармой, и ехать собирались втроем, мы и Бялецкий. Больше стволов не надо, так что можно выезжать. Но только я направился к пикапу, как меня окликнул Ольсен: