— Нас едва не траванули, — ответил я: — Газом.

Поисковик оглядел пустую комнату и просипел:

— А здесь я как оказался?

— Я тебя перетащил.

— Прямо в броне? — он хлопнул себя по доспехам.

— Да.

— Значит, ты не вырубился?

— Нет. Я ближе к выходу сидел и успел выскочить.

Поисковик недоверчиво качнул головой:

— А мехстрелки?

— Они на наш уровень не спускались.

— И что дальше делать будем?

— Сейчас ты передохнешь, и мы снова попробуем прорваться наверх.

— Ясно.

Хакаранда кивнул, спиной привалился к переборке и закинул в рот пару таблеток из аптечки, а я покосился на видеокамеру, которая висела в углу, и вспомнил свой разговор с Калачиком…

Два часа, отведенные мне на размышления, пролетели очень быстро, и вновь в комнате появилась голограмма хозяина подземелий. Он молчал, видимо, ждал моего ответа, и Калачик его услышал:

— Я согласен.

— Правильно, — брюнет в униформе кивнул и спросил: — Перейдем к частностям?

— Да. Что мне уготовано?

— Через три часа твой товарищ придет в себя. После чего вы вместе покинете объект и выберетесь наружу. Затем ты вернешься к поисковой группе, за пару недель уладишь все свои дела, дабы не оставлять хвостов, а потом вернешься обратно. Проход для тебя будет открыт и, когда мы встретимся вновь, ты получишь в свое распоряжение электронные коды для прохода по «диким» землям, точные карты и танк в хорошем состоянии. А потом ты демонтируешь мой «мозг» и направишься на северо-запад. По пути мы сделаем остановку на нескольких объектах, через неделю доберемся до космодрома «Тарава-8» и там я стану хозяином корабля, который унесет меня в космос. Ну, а ты останешься на Аяксе и будешь свободен.

— Выходит, что ты отпускаешь не только меня, но и Хакаранду?

— Верно.

— С чего такая гуманность?

— А зачем мне лишние жертвы? За секреты канувшей в небытие древней империи я не держусь. Техника и материальные богатства мне не нужны — это пыль. Командования надо мной нет. А ты уж сам решай, доверять своему товарищу или нет. Ведь если он пойдет на предательство, то ты, скорее всего, погибнешь или тебя обработают в пыточных подвалах базы «Дуранго» и превратят в безмозглого барана. Так-то, поисковик Миргородский.

— А ИИ других староимперских баз нас пропустят?

— Я же говорил тебе, что они солдафоны с жесткой программой. Поэтому ты для них не мишень. Есть электронная прошивка, пропустят, а нет, прикончат. Все просто.

— Допустим, что так и будет. Я обязательно должен вернуться через две недели?

— Нет. Это примерный срок. Но, желательно, действовать быстро и резко.

— Не пойму, а зачем ты меня отпускаешь, если в путешествие можно отправиться прямо сейчас?

— Анализ твоего психотипа показал, что ты будешь переживать за ту маленькую структуру, которую успел сколотить на Аяксе, и это может сказаться на твоих поступках. Поэтому лучше рискнуть и дать тебе немного времени. Конечно, можно было бы поступить проще. Взбодрить тебя наркотой, которая имеется в моем медотсеке, и гнать вперед, словно скотину, на стимуляторах. Но это не мой метод, я все-таки гуманитарий. Ну и, кроме того, мне нужно время, чтобы все еще раз проверить, более точно определить маршрут и сделать некоторые расчеты.

«Ах ты, хитрая железяка», — подумал я и продолжил задавать вопросы:

— Калачик, а ты не думал, что после демонтажа твоего «мозга» я отнесу его на базу «Дуранго» или уничтожу?

— Конечно, предусмотрел. Если со мной что-то случится, то тебе не жить и все коды, которые ты получил, обнулятся.

— Молодец, Калачик. А какие объекты мы должны посетить по пути к космодрому?

— ОУЦ «Риада», 14-й технический спецсклад и станция гиперсвязи.

— И что там?

— На складе лежат ЗИПы для ИИ, а в Особом Учебном Центре масса нужной мне аппаратуры и гипнокарты, которые пригодятся не только мне, но и тебе.

— А на станцию гиперсвязи зачем заезжать?

— Хочу связаться с Землей, где должен хоть кто-то уцелеть.

— Кто именно?

— Такие же ИИ, как и я.

— А если ответа не будет?

— Ничего. Тогда хотя бы коды доступа к старой гиперсети получу. Одно это уже очень дорого стоит.

— Так-с. А какие корабли находятся на космодроме «Тарава»?

— По моим сведениям там три рейдера, прорыватели блокады класса «Томаш Вуковар», которые в случае падения планеты должны были эвакуировать высший командный состав армии и наиболее ценных специалистов.

— А если их там нет или они давным-давно превратились в металлолом?

— Корабли на консервации, так что ничего с ними не случилось.

Я согласился с Калачиком — все равно спорить бессмысленно, и мы перешли к обсуждению деталей. Как пойдем? С какой скоростью? Каков точный маршрут? Когда я смогу вступить во владение КП 79-го корпуса? Ну и так далее. А потом, как-то совершенно незаметно, разговор перетек из практического русла в познавательное. ИИ знал очень много, а я человек любознательный, и спросил его: