— Вот что я тебе скажу, придурок. — Приятельски похлопав силящегося извлечь яблоко изо рта детину, негромко сказал я. — Ты сволочь и гнида, так и запомни. Сейчас ты заберешь своих прихвостней, сядешь в свой вонючий мерс и отправишься на авторынок продавать свою тарантайку. Затем ты продашь квартиру, дачу и что там у тебя еще, а деньги передашь в дар детским домам. А завтра ты пойдешь устраиваться на завод чернорабочим.

Говоря все это, я быстренько вонзил щупальце в его необремененный мыслями мозг. Небольшое усилие и детина согласно закивав, наконец, смог извлечь застрявшее яблоко.

— Все продать, деньги в детский дом и на завод, работать!

— Молодец. Можешь идти.

Детина радостно рассмеялся, словно маленький ребенок после похвалы взрослого, и в припрыжку побежал к своей блестящей машине, негромко напевая под нос:

— Продать… В детский дом… Работать на завод…

Я ободряюще улыбнулся ошарашенной женщине:

— Все они такие. Как дети. Просто нужно найти слова и указать правильный путь. У вас продукты рассыпались, помочь собрать?

Отшатнувшись, женщина замотала головой. Быстро покидав в сумку выпавшие от удара пакеты, поспешила удалиться, испуганно оглядываясь на меня.

Я вздохнул. Ну вот, я ей доброе дело сделал, а она меня боится… Нет правды на белом свете…

Грязнуля встретил меня недовольным ворчанием.

— Чего так долго-то? Тебя только за смертью посылать. И что это ты принес?! — Возмущенно взвизгнул он, едва я извлек на свет пару сморщенных маленьких яблок.

— Продавец клялся, что это яблоки. Других нет, увы…

— Ладно, пошли. — Кот тяжело вздохнул. — Попробуем с этими…

Захватив яблоки и тарелку, я поспешил следом за котом в комнату.

— Клади яблоко на тарелку, — Вскарабкавшись в полюбившееся кресло, начал коммандовать кот. — Теперь заставь его катиться по кругу, одновременно представляя, что дно тарелки исчезает, становиться прозрачным…

Я послушно выполнил указание. Яблоко сперва норовило соскочить на пол, но после нескольких попыток вполне уверенно закружилось по золотистому ободку. С дном было проще. По белой эмали пробежала рябь, создавая иллюзию налитого в тарелку молока.

— Молодец. — Похвалил кот. — Теперь самое трудное. Представь, что из глубины проступает лицо девушки, а затем отдаляй изображение, что бы сначала увидеть с ног до головы, затем место где находиться, а уж затем и окрестности.

Это и впрямь оказалось делом не из легких. Стараясь одновременно удерживать яблоко катящимся по краю, дно и еще представлять проступающие черты лица, я сбился, отвлекся на какую-то мелочь и яблоко, набравшее к тому времени приличную скорость вращения, сорвалось с тарелки и угодило прямо в мявкнувшего от такого Грязнулю.

— Оболтус! — Взвыл кот, потирая лапой ушибленое место. — Ты ж меня так угробишь!

Прежде чем я повторил попытку, кот перебрался мне за спину, и начал руководить процессом, выглядывая из-за плеча.

Через полчаса яблоко пришлось заменить. Измочаленное ударами о стену оно наотрез отказалось кататься по тарелке. Со вторым было уже проще. Учитывая предыдущие ошибки, я умудрился-таки вызвать на белой эмали образ Нади. Однако на этом дело остановилось. Ни отдаляться, ни тем более оживать, картинка не хотела.

Прервавшись по совету кота на небольшой отдых, я выпил чашечку чая, покурил и с новыми силами взялся за дело.

Прогресс был ошеломляющий! Картинка послушно отдалялась, двигалась, словно живая, показывала, что твориться вокруг… вот только все что удалось увидеть, было далеким, и не очень, прошлым. Я с умилением смотрел на наше первое свидание, с грустью на момент расставания, заново пережил поездку на озеро, но так и не увидел ничего относящегося к ее похищению.

Кот недовольно ворчал, называя меня то оболтусом, то никчемой, шипел от негодования, но большего добиться так и не получилось.

Промучавшись полдня, кот решительно прервал эксперименты.

— Ладно, Макс, хватит. Я же говорил что с яблоком дело ненадежное. Придется придумать что-нибудь похлеще. Может у самого, какие идеи есть? Может вспомнилось что из того чему дед учил?

Самонадеянны

— Ничего. Пусто как в кошельке после пьянки. — Уныло ответил я.

Но кот так просто сдаваться не собирался.

— Ничего, Макс. Можно еще на воде попробовать, потом зеркало, потом… да мало ли способов! Клубочек, в конце концов, зачаруем! Главное нос не вешать!

Как ни велик был его оптимизм, но и тот постепенно угас, когда ни один из предложенных способов не сработал. Точнее срабатывать-то они срабатывали, да все не так как надо. Одни способы подобно яблоку на тарелочке показывали только прошлое, другие вовсе норовили показать лишь то, что существовало только в моем воображении. От некоторых таких картин кот стыдливо отворачивался, и, я готов поспорить на что угодно, заливался стыдливым румянцем под своей густой черной шерстью.