Я глупо кивнул. Говорить не хотелось — боялся опозориться в ее глазах дрожанием охрипшего голоса.

— Как тебе понравилось у нас? — Поинтересовалась она.

Я неопределенно шевельнул плечами.

— Если честно… — Откашлявшись, смог, наконец, выговорить я. — То… Не то что бы не понравилось, просто я представлял все по-другому.

— Лучше или хуже?

— Не лучше и не хуже… Просто не так.

— Понимаю. — Негромко, с легкой задумчивостью в голосе, произнесла Мария. — И к какому решению это тебя подтолкнуло?

— Ни к какому. — Искренне ответил я, поднимая взгляд выше черной полировки стола. — Неужели я вам настолько нужен, что вы не оставите меня в покое? Только не надо баек об усилении мной ваших противников.

Несколько мгновений мы мерялись взглядами. Тонкие пальчики с безупречным маникюром, задумчиво постукивали по столу, обычным земным карандашом. Наконец Мария едва заметно кивнула.

— Хорошо. Поговорим на чистоту. — Судя по тону, которым это было произнесено, решение об откровенности было принято не сейчас… и даже не пару минут назад. — Мы давно искали человека способного сплотить разрозненный христианский мир. Несколько сотен лет наши эмиссары рыскали по земле в поисках такого человека… По все параметрам этот человек — ты. И полученная по наследству сила далеко не решающий аргумент в этом вопросе.

— А что же?

— Та сила, которую ты получил от своего деда, которую ты называешь огоньком Рода или даром, на самом деле была минимальной. Ее не хватило бы для того, что б заинтересовать четвертый департамент. В лучшем случае третий.

— И меня оставили бы в покое?

Улыбнувшись, Мария ответила как можно мягче.

— Нет. Но борьба за тебя не была бы столь сильной.

— Что же тогда произошло?

— Мы и сами не уверенны… Даже Сам не может дать вразумительный ответ. Пройдя через кристалл твоей души, этот самый огонек очистился от скверны и превратился в пламень.

— Кристалл души? — Усмехнулся я через силу. — Значит, с минуты на минуту появится Сейлор Мун?

Но Мария не приняла шутки. Ее лицо сохраняло предельную серьезность.

— Пусть не кристалл, а призма… называй, как хочешь. Это не важно. Найди мы тебя раньше, все могло повернутся иначе. Ты очистил бы точно так и души верующих людей, сплотил в неразрушимый монолит… Ты еще можешь сделать это и сейчас, особенно имея это наследство… Факт остается фактом — полученный тобой дар возрос десятикратно.

Внимательно изучая ноготь указательного пальца, я старался переварить услышанное. Нечто, ненавязчиво коснулось моего разума, пытаясь незамеченным войти в мои мысли. Не задумываясь, инстинктивно, я что было сил, отбросил чужую волю, намертво замыкая вокруг мысленный кокон. Красивые брови Марии, стремительно взмыли вверх. Усиливая давление, она постаралась проникнуть за окутавшую меня пелену. Невидимая скорлупа упруго прогнулась и тут же выпрямилась, отбрасывая чужой разум с силой пропорциональной давлению.

Несколько секунд Мария изумленно рассматривала меня широко распахнутыми глазами, словно увидела впервые. Наконец ее голова резко качнулась, скидывая наваждение.

— Не десятикратно… — Чуть слышно слетело с губ. — Сто… Тысячекратно…

В бездонных карих глазах отразился непередаваемый ужас. Когда она снова заговорила, голос звучал по иному.

— Максим, ты пробудил Трубы Иерихона. У тебя нет другого выбора. Либо ты с нами, либо… — Взгляд был более чем красноречив.

Неподдельный страх этой всемогущей женщины заставил и меня сменить тон.

— А силенок-то хватит? — Спросил я, подразумевая невысказанную угрозу.

— Хватит. — Пообещала Мария. — У тебя нет сотен лет жизни, что бы овладеть ЭТИМ сполна. Но, не присоединившись, ты будешь слишком большой угрозой. Ты сможешь вернуть…

Она осеклась. Но я уже понял.

— Не смею больше задерживать тебя, Максим. — Ледяным тоном произнесла Мария, давая понять, что аудиенция закончена. — Пока я буду говорить с Боруэлем, можешь побродить по окрестностям, присмотреться получше… Может это поможет тебе принять ПРАВИЛЬНОЕ решение.

Не медля ни минуты, я выбрался из удобного кресла — вот бы мне такое домой — и подошел к двери. Задержавшись на миг на пороге, не удержался и обернулся.

— Вы ослепительно красивы, Мария. Я понимаю, почему Он выбрал именно Вас.

Пожар смущения полыхнул на ее и без того румяных щеках. Но закрывшаяся дверь не дала мне этого увидеть.

Следуя совету Марии, я не стал дожидаться своего провожатого в приемной, а поспешил прочь из дворца. Правда какое-то время пришлось побороться с любопытством так и подстегивающим заглянуть на следующий, четвертый этаж. Однако охраняющие проход наверх, серафимы, ясно дали понять, что мне там делать нечего.