Камень вздрогнул. Пульсация усилилась. Я отчетливо чувствовал, как в глубине бьется живое сердце, взволнованное прикосновением моих рук.

— Сварог! — Громко выкрикнул я в затянутое тучами небо. — Вернись, мать твою!

Может быть призывать древнего бога стоило более торжественными словами, но в тот момент, других слов просто не нашлось.

Стон преходящий в шипение, заставил меня вздрогнуть и отскочить от камня.

— Грязнуля!!!

Маленькое, пушистое тельце упав на землю забилось в мелких судорогах. С оскаленных клыков обильно закапала желтая пена.

— Грязнуля! — Я метнулся к коту, но отпрянул, до глубины души, перепуганный происходящей с ним переменой.

Кот стремительно увеличивался в размерах. Черная шерсть исчезла, когти втянулись в подушечки удлинившихся пальцев, на глазах превращаясь в обычные человеческие ногти. Шелковистая шерстка на, уже ничем не напоминающей кошачью, голове, обернулась жесткими черными волосами.

В воздухе еще висел мой последний истошный вопль, а на земле, вместо кота, ничком лежал обнаженный мужчина. Могучие мышцы на широкой спине шевельнулись, толстые, с мою ляжку, руки уперлись в землю, толкнули. Исполин медленно поднимался. Резко дернулась голова отбрасывая с лица длинную прядь жестких смоляных волос. Из-под нависших надбровных дуг весело глянули ярко-зеленые, словно молодая весенняя травка, глаза.

— Свар… Сварог?! — Пораженный запоздалой догадкой воскликнул я.

Сварог кивнул. Зеленые глаза лучились грустным весельем. Да, это был он. Тот самый Свар, каким я видел его в своих воспоминаниях-снах. Высокий, черноволосый, зеленоглазый, покрытый буграми мышц. Друг деда. Утерянный Бог. Сварог.

— Но как же…

Сварог виновато улыбнулся.

— Так было нужно.

Обида, горечь, усталость, все смешалось в душе. Я тяжело облокотился о безмолвный камень. Только сейчас в глаза бросилось отсутствие недавних противников. Оно и правильно — что им теперь здесь делать? Они проиграли.

Они ли?

— Но почему? — Только и спросил я.

Прежде чем ответить, Сварог нежно провел рукой, по шероховатой поверхности камня.

— Алатырь. — Задумчиво произнес он. — Как мало их осталось в мире…

Вибрации камня, которые до сих пор едва ощутимо сотрясали землю, постепенно сходили на нет.

— Присаживайся. — Приглашающе кивнул Сварог на упругий ковер травы. — Рассказ предстоит долгий.

Не кочевряжась попусту, я с удовольствием принял предложение. Усталые ноги, давно просившие об отдыхе, с готовностью подломились. Бронное железо сковывающее мое тело, о котором уже и забыть успел, негромко звякнуло.

— Можешь снять броню. — Спохватился Сварог. — Теперь она не понадобится.

И видя вопрос на моем лице, пояснил прежним, кошачье-нравоучительным, тоном.

— Просто пожелай что бы все исчезло.

Я так и поступил. Чудесные доспехи навряд ли были тяжелее тополиного пуха, но облегчение наступило такое, словно и правда сбросил пару пудов железа. Пока я ерзал устраиваясь поудобнее, примащивал спину к жесткому камню, Сварог провел рукой по мечу и щиту так и лежащим там где я их положил.

— Перун ладил. — Улыбаясь воспоминаниям пояснил он. — Кто бы знал, что и правда помогут!

Легко опустившись подле меня, Сварог приступил к рассказу.

— Все это началось довольно давно. Точную дату не назову, просто в какой-то день, твой дед с ужасом заметил, что волхвы, все дальше и дальше, отходят от заветов предков, покона Богов. Тогда и произошла первая ссора меж волхвами. Некоторые были согласны с твоим дедом, но таких было мало.

Обстановка накалялась. Взрыв был неминуем, и он произошел. Причиной взрыва приведшего к окончательному распаду, была смерть одного из самых ярых сторонников твоего деда. Я рассказывал тебе об этом. Все улики указывали на причастность твоего деда к его смерти. Уже много позже, мы с ним докопались до истинных виновников смерти, — ты наверное догадываешься о ком я говорю, — но было поздно. Раскол произошел. Волхвы перестали представлять опасность для новых богов…

Сварог вздохнул прерывая рассказ. Зеленые глаза Бога с грустью смотрели в равнодушную небесную синь. Не зная что сказать, да и надо ли вообще что-то говорить, я нашарил в кармане жамканую пачку. Выудив изогнувшуюся козьей ножкой сигарету, закусил фильтр, щелкнул зажигалкой, раскурил. На удивление, табачный дым вызвал жуткое отвращение. Скривившись, я затушил сигарету с силой вмяв в мягкую жирную землю.

Сварог встрепенулся.

— Так вот. — Продолжил он. — Тогда-то твой дед и решил разыскать меня и вернуть в этот мир. Увы, ничего не изменилось. Моих сил, даже в сложении с силой твоего деда, было недостаточно даже пытаться бросить вызов нынешним хозяевам Руси.

Ситуация становилась безвыходной. За каждым шагом твоего деда следили ангелы, черти, волхвы… Все его попытки добраться до этого камня, до Алатыря, — он похлопал по серой поверхности за моей спиной, — пресекались на корню. Но тут родился ты…

Сварог виновато заглянул мне в глаза.

— Твоя сила оказалась велика. В тебе был воплощен не просто огонек Рода, а пламень его души. Мы с твоим дедом смогли укрыть этот дар от жадных взглядов противоборствующих сторон. Дед обучал тебя владеть силой, а я охранял. К сожалению, приходилось периодически блокировать твою память — неосторожное слово ребенка, могло уничтожить последнюю надежду.