Прибывшие бойцы сноровисто разбились на пары, две сразу же разошлись в разные стороны, огибая чашу, третья осталась у катера. Еще двое ловко съехали по довольно крутому склону и направились в нашу сторону. Я сразу же узнал Диму Калашника и давешнего санинструктора. Идут осторожно, «вихри» наготове, скафандры загерметизированы. Увидев меня, расслабляться не стали: медик застыл в десятке шагов, контролируя обстановку, а лейтенант осторожно приблизился, не убирая, впрочем, ладони с автоматной рукоятки.

— Олег? — позвал он, подключив внешние динамики. — Ты в порядке?

— В полном, — хмыкнул я. — Снаряга, правда, обесточена, да боеприпасы все разрядились. А так никаких неприятных последствий.

Калашник кивнул, приняв информацию к сведению.

— Где пострадавшие?

— Вон лежат, — ткнул я пальцем в беглецов. — Живые, но без сознания. Или даже в коме, черт их разберет, скафандры тоже без капли энергии.

— Обстановка?

— Терпимая. Эти двое на меня бросались, пока в сознании были. Сейчас все спокойно, можете работать. Связь с Исаевым есть? — Вопрос, надо сказать, весьма актуальный, мне как никогда сейчас хотелось посоветоваться с вышестоящим начальником.

— Есть, — отозвался лейтенант. — Сейчас Грибов подойдет, просканирует тебя, и разговаривай хоть до опупения. Только торопиться надо, скоро «особисты» появятся. Их пока майор отвлекает, но они уже около упавшего катера ошиваются, порядки свои наводят.

— Линдеманн с ними?

— Ага, самолично прибыл, с первым же катером.

Эх, чует мое сердце, будут с безопасниками проблемы! Наверняка ведь что-то знают, гады, а с нами информацией поделиться у них даже мысли не возникло. Зато всех участников известных событий выпотрошат по полной программе, это к гадалке не ходи. Нужно к их прибытию подготовиться. Мысли на этот счет у меня были.

— Ну и где твой спец? — уставился я на Калашника. — Время теряем…

Система HD 44594, планета Находка,

4 сентября 2537 года

Обещанный техник по фамилии Грибов со своей работой справился быстро — наставил на меня рамку переносного сканера, просветил в разных диапазонах, до рези в глазах, затем взял пробы тканей и крови. Повозился минуту с чемоданчиком анализатора, вынес вердикт: чист и невинен, аки младенец. Дима Калашник сразу же расслабился, оставил в покое автомат и вполне дружелюбно предложил подзарядить накопители скафандра. Я, понятное дело, не отказался, про себя злорадно хмыкнув — вот будет облом «особистам». Боеприпасы по размышлении трогать не стал, пусть хоть что-то яйцеголовым достанется, а вот Петровичев ППМ вернул в строй. Его самого тоже пришлось подвергнуть сканированию, на всякий случай. Кот процедуру выдержал с показным достоинством, дескать, плевать мне на вашу суету, но если напарник просит… На какие только жертвы ради него не пойдешь. На все про все ушло почти четверть часа, поэтому в катер я не полез, воспользовался собственным передатчиком. Исаев отозвался практически мгновенно:

— Денисов?! Что у тебя?

— Все в порядке, товарищ майор! — бодро отрапортовал я. — Жив, здоров, двоих беглецов удалось обезвредить.

— Да знаю, — отмахнулся майор. — Калашник докладывал. Я так понимаю, ты хочешь посоветоваться, как себя с безопасниками вести?

— Именно. Конфликтовать стоит или прогнуться лучше?

— Смотри по обстановке, — задумался Исаев на секунду. — В бутылку не лезь, в общем и целом требования выполняй. Но если начнут чего-то странного требовать, посылай на… ко мне, в общем. И ни на какие сомнительные процедуры типа мнемосканирования не соглашайся. Только в моем присутствии. Короче, можешь смело ссылаться на вышестоящее начальство. Нам сейчас главное тебя на базу вернуть, а уж тут мы «особистам» развернуться не дадим.

— А если они начнут угрожать силой? — Вообще-то класть на них вприсядку, но все же лучше заранее уточнить.

— Флаг в руки! — хохотнул майор. Правда, довольно нервно. — Разрешаю адекватное противодействие. Диму предупрежу сейчас, так что держись ближе к Охотникам. Все понял?

— Так точно!

— Вот и славно. — Исаев помолчал несколько секунд, обдумывая что-то. — Все, закругляемся. Не будем давать лишних поводов. Безопасники, они такие: дашь палец — отгрызут руку по плечо. Конец связи.

Ну вот, цеу получил. Осталось выполнить.

— Ну и?.. — уставился на меня Калашник.

— Работаем, — хмыкнул я, откинув забрало. Нечего эфир засорять. — Слышал, что комбат сказал?

Лейтенант кивнул и сделал забрало прозрачным. Разгерметизироваться он не стал, чисто на всякий случай. Оно и верно — надо ему по возвращении на базу полную дезинфекцию проходить? Кстати говоря, страшно не это — подумаешь, полчаса проторчишь в камере биозащиты. А вот лошадиная доза антидотов еще никому на пользу не шла — после нее чуть ли не сутки ходишь как вареный. А иногда даже приходы бывают, как от «косяка» с веселой травкой. Нам с Петровичем уже терять нечего, а вот ребятам лучше поберечься.

— Что у медика?

— Бурчит и шлет лесом, — хмыкнул Дима. — Говорит, очень любопытный случай, никогда такого не видел. Беглецы твои оба в коме. Он думает, это ты их так отделал.

— Ни фига! — поспешил я отпереться. — Они после всех плюх как огурчики были. В осадок выпали, когда Петрович странную «птичку» порвал.

— «Птичку»?!

— А, не грузись пока! — хлопнул я лейтенанта по плечу. — Вон безопаснички пожаловали. Сейчас будут показания снимать, так что ты не отходи. Так надежнее. Заодно и послушаешь.