— Ново-Садовая, двадцать три. Корпус два, офис сто двенадцать ноль десять. Приезжайте в любое удобное время. Рабочий день у нас до семнадцати часов. До скорой встречи.

— Ага, — буркнул я, вырубая инфор. — Ну что, Петрович, поеду с работодателем трепаться. Веди себя хорошо, старушенций не терроризируй. Тем более они нашу подушку утром притащили.

Самара, 26 июля 2537 года, утро

Искомый офис обнаружился на сто двенадцатом этаже высотной свечки в центре города. Добрался я быстро, благо таксисты около санатория дежурили круглосуточно и цены не ломили. Дольше пришлось толкаться в вестибюле офисного центра, дожидаясь очереди в лифт. Шел десятый час утра, многие клерки еще только добрались до работы, и я совершенно среди них затерялся, облаченный по случаю важной встречи в выходной костюм, ради которого пришлось заглянуть в ближайший «Shelby’s». Считай, в местный час пик попал. Тем более что забираться пришлось на самую верхотуру: фирма «Космос-Плюс» позиционировала себя как солидное заведение, а потому заняла просторный пентхаус. Впрочем, после встречи с Дмитрием Евграфовичем выяснилось, что были и другие причины. У самого лифта я умудрился вляпаться в перепалку с какой-то рыжей язвой. Когда я дождался очереди и уже было начал протискиваться в кабинку, откуда ни возьмись нарисовалась миниатюрная, если не сказать худосочная, девица и нагло вклинилась в свободное пространство прямо передо мной. Я успел лишь проводить недоуменным взглядом скрывшуюся за створками девчонку и выругался матерно, в последний миг уменьшив громкость. Зато следующий лифт от меня не ушел, и через три минуты стремительного подъема я вывалился из кабинки и уперся в дверь с цифрами «112010». Деликатно постучал, дождался традиционного «войдите» и оказался в просторной приемной, оснащенной, как водится, миловидной брюнетистой секретаршей. Здесь же в одном из гостевых кресел устроилась давешняя наглая девица.

— К Дмитрию Евграфовичу могу попасть? — осведомился я, одарив секретаршу фирменной улыбкой.

Та улыбнулась в ответ, но сказать ничего не успела — влезла рыжая язва:

— Вообще-то я тоже к Дмитрию Евграфовичу. Будьте любезны подождать своей очереди.

Я окинул девицу внимательным взглядом, отчего она слегка смутилась и очаровательно покраснела, как это умеют рыжие. Вполне себе любопытный экземпляр. Все-таки миниатюрная, а не худосочная: во всех нужных местах из-под несколько легкомысленного брючного костюма выступают весьма аппетитные округлости, пышностью не поражают, но удивительно пропорциональные. И лицо миловидное, с очаровательными ямочками на щеках. Слегка курносая, глаза светло-голубые. Стрижка короткая, волосы лишь закрывают уши. И цвет — не огненно-рыжий, не золотой, а глубокого медного оттенка, плотный и насыщенный. А на вид вы, дамочка, очень даже ничего. Жаль, если стервой окажетесь.

— Вообще-то на вашем месте я про очередь бы не заикался, — немного грубовато ответил я на ее выпад. — Удобно было в лифте?

Рыжая задрала нос и демонстративно отвернулась. Я столь же демонстративно занял ближайшее к двери кресло. Наглая девчонка набрала в грудь воздуха, явно вознамерившись устроить скандал, но тут весьма своевременно вмешалась секретарша:

— Молодые люди, будьте благоразумны! Дмитрий Евграфович примет вас одновременно. Вы ведь Денисов, Олег?

Я кивнул, подтверждая очевидное.

— А вы Рыжик, Галина?

Я громко хмыкнул, рыжая язва вспыхнула и ответила с вызовом:

— Да, это я!

— В таком случае все в порядке. Дмитрий Евграфович примет вас. — Секретарша одарила нас профессиональной улыбкой и обернулась к открывшейся двери: — Вот, он как раз освободился.

Из кабинета вышел средних лет мужчина, задубевшая кожа и немного неестественный цвет лица которого явственно говорили, что он из экипажного состава и в космосе времени провел много больше, чем на шариках.

— До свидания, Елена! — кивнул мужчина секретарше и направился к лифту.

— До свидания, Петр Иванович! — Елена склонилась над селектором и пропела: — Дмитрий Евграфович, к вам Денисов и Рыжик.

— Запускайте, — прохрипел динамик.

Мы с рыжей язвой одновременно встали с кресел и протиснулись в дверь. На двоих она явно не была рассчитана, однако нам удалось проделать сей трюк без потерь: признаться, я и сам не блистал габаритами. Сухой и жилистый, среднего роста, в свои двадцать четыре я больше походил на восемнадцатилетнего пацана-недокормыша. Ничего удивительного, в корпус Егерей других не брали. Это вам не Десант, мы на своих двоих ходим и в лесу должны быть как можно незаметнее. В принципе двухметровый детина тоже может попасть в Егеря, но ему придется несравнимо труднее.

Дмитрий Евграфович оказался добродушным на вид дядечкой лет пятидесяти. Он поприветствовал нас традиционным «здравствуйте» и жестом предложил присаживаться. Мы, не сговариваясь, упали в кресла по разные стороны гостевого стола, приставленного к хозяйскому буквой «т».

— Ну что, молодые люди, приступим? — Дмитрий Евграфович окинул нас понимающим взглядом, но комментировать не стал. — Я так думаю, большая часть вопросов у вас совпадает. Позвольте, я сначала озвучу условия, потом вы уточните, если возникнет такая надобность.

Я кивнул. Галя Рыжик (дал же бог фамилию при такой внешности!) приняла позу отличницы, скрестив перед собой руки, и преданно уставилась на вербовщика.

— Итак, я представляю интересы государственной исследовательской компании «Внеземелье», — начал он издалека. — Как вы знаете, это филиал Службы Глубокого Поиска, который занимается исследованием уже открытых миров. На данный момент компания формирует экспедицию в Систему звезды HD 44594. Читали, наверное, в сетевых новостях — полгода назад туда добрался разведывательный рейдер и доставил маяк.

— Вы про Находку говорите? — уточнил я.

Дмитрий Евграфович сделал неопределенный жест:

— Это неофициальное название, но я именно ее имею в виду.

Да, об этом я слышал краем уха. Новый рейдер с экспериментальной системой навигации в первом же испытательном прыжке достиг планетной Системы в восьмидесяти трех световых годах от Солнца. Совершенно неожиданно там обнаружилась землеподобная планета, причем с весьма мягким климатом и умеренно агрессивными флорой и фауной. И что более важно, генетически совместимыми с земными организмами — а это означало, что люди совершенно спокойно смогут употреблять в пищу тамошние продукты, да и наши животные и растения будут чувствовать себя на планете вольготно. Было бы странно, если бы федеральные власти отказались от подобной находки, тем более сейчас, когда Федерация оправилась от Большой Войны и вновь возник вопрос перенаселенности Внутренних систем.