– Лежи! Линия огня!

Между тем стрелять она не спешила. Просто целилась в полупрозрачного и поглаживала спусковой крючок. Боялась промазать с трех метров? Вряд ли. Ведь птицу она сняла влет. Да и снайперскую дуэль недавно выиграла без проблем. Дело было в чем-то другом. Этот мертвяк в прошлой жизни… то есть в нормальной жизни… был знакомым Люси? Тоже вряд ли. Да если и был, сентиментальность – не ее стиль. Нет, Люся играла с болотным существом в какие-то неведомые Луневу игры. Гипнотизировала, что ли? Так или иначе, но мертвяк больше не нападал. Он не попятился, но и не атаковал. Остановился и замер, едва заметно покачиваясь.

– Утащи Гаврилова, – сквозь зубы процедила Люся. – Далеко. За выжженную землю.

Андрей отполз с линии огня, волоча Гаврилова, затем поднялся, взвалил товарища на плечо и снова, как на зеленой просеке, побежал. Одно отличие, теперь груз казался вдвое тяжелее. И сил поубавилось, и Гаврилов был без сознания, а обмякшие тела всегда кажутся тяжелее.

– Люся, обходят! – крикнул издалека Купер.

– Студент, слева! – присоединился Прохоров. – Поднажми!

Оба приплясывали впереди, метрах в ста пятидесяти по прямой, но почему-то не двигались навстречу. Почему – Андрей понял позже, когда разглядел десятиметровую в ширину ленту опаленной земли. Лента тянулась вправо и влево насколько хватал глаз, словно пограничная контрольно-следовая полоса. Только была она не перепахана, а выжжена, и колючая проволока вдоль нее не тянулась.

Андрей бросил взгляд влево. Из тумана наперерез ему бежали несколько полупрозрачных. Не требовалось производить какие-то сложные расчеты, чтобы понять, что, если Лунев не ускорится, мертвяки легко перехватят его как раз у самой полосы. В то же время Андрею не требовалось проводить и слишком глубокий анализ, чтобы понять, что сил на ускорение не хватит. Только если бросить Гаврилова.

«Тогда еще и отдышаться успею, – мелькнула мысль, окутанная какой-то прохладной оболочкой, словно покрытая изморозью, которая образовалась на поверхности мысли, пока она всплывала из глубин внутренней пустоты. – А как же Гаврюха и Люся? Превратятся в полупрозрачных и отправятся бродить по местным болотам? Нет уж!»

Андрей резко остановился и сбросил Гаврилова на землю. Тот рухнул мешком, но тут же заворочался, начал приходить в себя. Лунев утер со лба пот и, сжав кулаки, развернулся к приближающимся полупрозрачным. Спасаться в одиночку или остаться с товарищами, для него изначально не было дилеммой, что бы там ни подсказывала внутренняя пустота.

«Один раз поддался на ее уговоры, хватит, – Андрей приблизительно оценил силы противника. Полупрозрачных существ было штук двадцать. Если учитывать, что оружия у них нет, вроде бы не проблема, но задавить массой они могли запросто. – Ничего, справлюсь! Главное, слизи не наглотаться, а то облезу, как тот вертолетчик».

– Ты… махаться собрался?! – прохрипел рядом Гаврилов. – Крыша поехала, да?

– Уползай, Гаврюха, – Андрей даже не взглянул на него. – За выжженную полосу уползай, к пацанам.

– Я… с тобой, – Гаврилов попытался встать, но поднялся только на четвереньки.

– Мы с Мухтаром на границе! – неподалеку возник Прохоров. – Купер, уведи четвероногое! А я пограничнику помогу.

Сержант встал рядом с Андреем и поднял к плечу тесак.

– Зря вернулись, – Лунев бросил взгляд влево, в сторону Люси.

Девушку окружали еще три десятка мертвяков.

– Забыли у тебя спросить, – буркнул Прохоров. – Давай, медленно назад. Люсьен сама отойдет. У нее целый магазин хаоспатронов в заначке.

– Не успеем, – Андрей качнул головой. – Уходи.

– Ложись, пацаны! – вдруг крикнул Купер.

Над головами морпехов промелькнул какой-то небольшой округлый предмет, и оба упали на землю еще до того, как сообразили, что это было. Рефлекторно. Только прижавшись в очередной раз к земле, Андрей понял, что Купер пустил в ход крайний аргумент: припасенные еще на просеке гранаты.

Первый взрыв порвал в клочья сразу трех полупрозрачных, но остальные лишь покачнулись и продолжили наступление. Вторая граната слегка не долетела, но, в принципе, свою задачу выполнила. Взрыв не уничтожил ни одного из мертвяков, но свалил нескольких особо проворных на землю. Таким образом у бойцов появился вполне приличный запас времени: секунды три, а то и все пять.

Прохоров вскочил, помог встать Гаврилову, передал его на попечение Куперу, а сам попятился, держа наготове тесак. Троица двинулась к выжженной земле, а Лунев, стартовав из положения лежа, побежал к Люсе. Зачем? Этого он объяснить не мог. Ему казалось, что девушка, пусть и имеет эффективное оружие против всех видов Духов, переоценила свои силы и теперь нуждается в помощи. В какой? Андрей этого не знал. Вполне возможно, в самой элементарной – физической.

– Не надо…

Это явно сказала Люся, но как Андрей мог расслышать эти слова, если находился далеко позади девушки? Лунев едва не споткнулся от неожиданности.

– Надо, Люся, надо, – с интонациями героя из любимого фильма ответил Андрей.

Он подскочил к Люсе, ухватил под мышки и поставил ее на ноги. От резкого движения Люся встрепенулась. Она словно стряхнула оцепенение транса, в который вогнала сама себя, пытаясь загипнотизировать болотных Духов.

«За что боролись, на то и напоролись, – Лунев еще раз встряхнул девушку. – Артистка! Мертвяков вздумала гипнотизировать! Пора, красавица, проснись!»