Мадек кликнул своих людей и спустился с ними в парк. Там они обнаружили еще двоих слуг, которые поспешно снимали с себя ливреи, и привели их на террасу. Там уже было все готово для пыток. Стражник отрубил руку одному из пленников, но тот даже не вскрикнул.

— Вот муравьи, — торжествующе крикнул появившийся на лестнице стражник. Он простерся у ног царицы и подал ей большой металлический ящик.

— Хорошо! — улыбнулась Сарасвати.

Начальник стражи подошел к искалеченному пленнику и бросил муравьев на кровоточащую культю. Мадека затошнило. Огромные рыжие насекомые жадно набросились на раненую плоть и стали пожирать ее. Пленник, до этого казавшийся ко всему безучастным, завопил.

— Пощадите! Пощадите! — закричали остальные.

— Бросьте этого человека к слонам, — приказала Сарасвати. Ее лицо оставалось спокойным. В нем не было и следа злорадства или жажды мщения. Когда вопящего калеку унесли, Сарасвати подошла к его товарищам:

— Ну, говорите…

Какой нежный, чувственный голос!.. И вместе с тем какое хладнокровие!.. В каждом слове, в каждом жесте Мадек видел новые доказательства того, что он любим.

— Алхимика послал брат раджи, — пробормотал один из пленников.

— Брат раджи, царица! — подхватил другой. — И первая супруга… Но клянусь, она не хотела убивать твоего мужа!

— А кого? — Сарасвати говорила сдержанным, почти вежливым тоном. В этот момент из слоновника донесся жуткий крик. — Я казнила предателя, — пояснила Сарасвати и продолжила допрос.

— Алхимик предал нас!..

— Замолчи, — прервал товарища высокий юноша, который отчаянно пытался противостоять вопрошающему взгляду царицы.

— Думаешь, он тебя послушается? — рассмеялась она. — Стража! Разденьте его и воткните горячее копье в пах!

— Сарасвати! — не выдержал Мадек, но постарался взять себя в руки: — Госпожа… Немного терпения! Вот этот хочет что-то сказать.

— Мадек-джи, я не люблю наглецов, — в ее голосе впервые появились гневные нотки. — Высеките его до крови и посадите на него муравьев, а потом бросьте к слонам!

— Мы должны были убить твоего сына, царица, — затараторил первый пленник. — Мы из дворца, царица, ты же узнала нас? Мы, наши родственники, наши предки, мы все преданно служили семье раджи. Но первая супруга так страдала!

— До такой степени, что решила убить раджу, — усмехнулась Сарасвати.

— Она этого не хотела, она хотела убить только твоего сына.

Сарасвати бросила беспокойный взгляд в сторону летнего дворца.

— Я уже отдал приказ, — шепнул начальник стражи, перехвативший ее взгляд.

— Продолжай, — кивнула Сарасвати пленнику. — Говори же!

— Алхимик собрал нас сегодня в саду и сказал, что убедит раджу позвать сына, чтобы они вместе посмотрели, как разные вещи превращаются в золото. Он велел нам держаться поблизости. Когда мы увидели, что алхимик убил твоего мужа, мы бросились на него, убили и изуродовали его. Так велела первая супруга. Потом мы убили слуг, которые сопровождали раджу. Вот тогда и пришел фиранги.

— Ты хотел убить и его, мерзавец, я видела! За это ты тоже умрешь, умрешь!

— Госпожа! — попытался вмешаться Мадек, но она его не слушала.

— Как звали этого алхимика?

— Мы не знали его имени.

— Ах, ты его не знаешь? Напустите на него муравьев! Мадек-джи!

Тот вздрогнул.

— Когда убили раджу, тебя здесь не было, не так ли? Ты не видел лица этого человека?

— Нет. Я был на берегу, когда какой-то маленький мальчик догнал меня и стал объяснять, что я должен прийти сюда. Но я не знаю, где он сейчас.

— Подойди сюда, — сказала Сарасвати забившемуся в угол террасы малышу. Когда тот подошел, она ласково взяла его за подбородок и спросила: — А ты? Ты видел?

— Да, — пробормотал ребенок.

— Как ты попал сюда?

— Раджа взял меня с собой сегодня утром, чтобы заставить слонов начать бой.

— Это правда, — подтвердил начальник стражи.

— Тогда расскажи мне, как выглядел этот маг.

Мальчик немного замялся.

— Он не из наших, госпожа.

— Не из наших? Это как? — она удивленно подняла брови.

— Его лицо было раскрашено, как статуя Кришны в день праздника.

— Мадек-джи, — сказала Сарасвати, склонившись над трупом, — ты чужеземец и воин, ты не боишься осквернить себя прикосновением к мертвецу? Расстегни на нем одежду!

Мадек стал развязывать пояс золоченого платья. Царица не отрываясь следила за ним, и это нервировало его. Наконец ему удалось раздвинуть края тяжелой ткани. Под платьем оказалось тело белого человека.