— Наша пациентка миссис Браун должна прийти послезавтра? Я хотел узнать, не окажете ли вы мне любезность и не зайдете ли со мной к… э… миссис Браун? Мне показалось неплохой идеей, если мы отправимся в Ричмонд все вместе; она сможет поговорить с моей экономкой, а оттуда поедет прямо в больницу. Если бы вы тоже там были… Мне кажется, вы свободны по утрам в субботу?

Она всегда была свободна в это время и удивилась, что он спросил. После стольких лет совместной работы он прекрасно это знал. Но делать нечего, хотя она и лишалась свободных часов, ведь по субботам после обеда нужно было выходить на работу.

— Да, разумеется, сэр. Мы там и встретимся? — Сара немного подумала. — Миссис Браун живет на Фиппс-стрит, не так ли?

Доктор кивнул:

— Да. Но я заеду за вами в общежитие. Одиннадцать часов вас устроит?

Он подождал, пока она пробормотала удивленное «да», и тут же вышел, бросив через плечо «до свидания».

В субботу утром она подошла к парадной двери общежития точно в назначенное время, но он уже ее ждал. Его «изо-григо» выглядел мощным, лоснящимся и комфортным. Доктор ван Элвен вышел из машины, обошел ее, открыл для Сары дверцу. Стивен очень редко так делал. Ее настроение немного поднялось и тут же упало, так как у ворот им пришлось притормозить, чтобы пропустить машину Стивена. Она мельком увидела его, остолбеневшего от неожиданности. Сара вспомнила, что Стивен играл в сквош каждую субботу и возвращался ровно в одиннадцать. Она подумала, знал ли об этом сидящий рядом мужчина? Но потом решила, что вряд ли. И все-таки ее расплющенное эго немного воспрянуло — этот маленький инцидент заставит Стивена немного подумать. Внезапно у нее улучшилось настроение, и Сара даже пробормотала несколько дежурных фраз о погоде, на что доктор ван Элвен учтиво и спокойно ответил. Он держался вежливо и тактично, и Сара невольно расслабилась и даже почувствовала удовольствие оттого, что оделась с особым старанием. Когда-то давно она прочла совет, который тогда ей показался до смешного нелепым. Мол, девушка, которую бросили, должна уделять особое внимание своей внешности. Что ж, Сара так и сделала: надела свой новый твидовый костюм сногсшибательного покроя, табачно-коричневого цвета и дополнила его коричневыми кожаными туфлями и такой же сумочкой. Она разгладила перчатки, довольная, что последовала этому полезному совету, а затем стала размышлять о преимуществах своей новой шляпки, пока доктор не попросил ее выглянуть в окно, чтобы не пропустить номер 169. Фиппс-стрит была просто бесконечной, застроенная закопченными викторианскими домами, с тротуарами, заполненными играющими детьми, домохозяйками, спешащими с нагруженными корзинками, и стариками, прислонившимися к стене в полной праздности. Сара сказала со вздохом:

— Как здесь бесцветно! Как люди могут здесь жить?

Доктор притормозил машину около тележки с углем.

— И все же вы сами решили работать здесь.

— Да. Но я могу съездить домой три или четыре раза в год…

Сара замолчала, указывая на нужный дом, и доктор так искусно втиснулся между молочной машиной и фургоном мороженщика, что девушка восхитилась. Они едва успели ступить на тротуар, как собралась небольшая толпа. Доктор улыбнулся, глядя на любопытные лица вокруг себя, и несколько раз стукнул в дверной молоток. Несколько лиц показались в окнах, которые спустя некоторое время широко распахнулись. Из ближайшего высунулся огромный, воинственного вида мужчина.

— Что нужно? — без энтузиазма спросил он.

Доктор ван Элвен просто ответил:

— Миссис Браун.

— А-а. — Мужчина исчез, чтобы через мгновение появиться у двери. — Вы, наверное, доктор, — важно заметил он. — Второй этаж, сзади. Осторожно на лестнице, кое-где нет перил.

Он внимательно рассмотрел их, а затем отступил назад, пропуская в маленький темный холл.

— Я присмотрю за вашей машиной, — предложил здоровяк.

— Спасибо. — Доктор вынул сигареты из кармана своего безупречного твидового пиджака и молча предложил их.

Мужчина взял одну, сказал «га» и помахал мускулистой рукой в сторону лестницы.

Они стали осторожно взбираться наверх, доктор поддерживал Сару за плечо. Почти добравшись до места, Сара вдруг вспомнила:

— Вы же не курите сигареты, только трубку!

Он замедлил шаги и улыбнулся:

— Какая вы наблюдательная. Они очень полезны в подобных местах: часто упрощают дело, как я заметил.

Они продолжали подъем, а Сара удивленно подумала, почему он говорит так, будто частенько посещает подобные дома на подобных улицах. Невероятно, учитывая, что он живет в Ричмонде и имеет на Харли-стрит большую частную практику.

Вторая площадка оказалась меньше, темнее и зловоннее. Доктор нервно поморщился, но ничего не сказал. Сара тоже сморщила свой маленький носик. Это придало ей сходство с довольно привередливым ангелом. Доктор быстро взглянул на девушку, а затем, словно не удержавшись, взглянул еще раз, прежде чем постучать в дверь.

Они оказались в комнатке, выкрашенной в тоскливые цвета, напоминающие шпинат с маргарином. Кровать, стол и стулья казались слишком громоздкими для такого маленького помещения. Миссис Браун сидела на стуле.

— Что ж, очень мило, не обманули. У меня не было гостей бог знает сколько времени. — Она излучала удовольствие. — Как насчет чашки чаю?

К удивлению Сары, доктор согласился и, придвинув неудобный стул, пригласил девушку присесть. Огонек в его глазах был добродушным, но таким красноречивым, что она поспешно сказала:

— Может, я приготовлю чай, а вы пока поговорите с миссис Браун? — Сара упорхнула, оставив доктора осторожно присаживаться на стул, который жалобно затрещал под его совсем нелегким телом.

Приготовить чай оказалось не просто. Пришлось спуститься вниз и наполнить чайник из крана, которым явно пользовались все жильцы, а затем поставить его на единственную газовую горелку в углу комнаты. Сара отыскала заварочный чайник, чашки и сахар и пыталась найти молоко, когда миссис Браун прервала разговор, чтобы подсказать:

— Оно в банке, сестра, дорогая, под полкой. Мне не так просто дойти до молочника, а консервированное молоко прекрасно подходит для чая, я всегда это говорила.