Твое превращение в сущность БОГА, злом предопределяющую для людей судьбу их души, невозможно, так как твой разум конечен. Он неуклонно двигается в «никуда», которое не содержит будущее и полностью отторгает настоящее. А находящийся вне времени разум не может обладать ни одной из форм Провидения, которое по своему определению и есть будущее души человечества. В сухом остатке получается, что все тобой совершаемое и совершенное никаким образом не обеспечивает тебе получение возможности формировать для людей предопределенное. Без этой возможности ни один разум Вселенной не способен стать единосущным Разуму БОГА.

— Могу Я считать этот вывод окончательным? — поинтересовался Дьявол.

— Можешь! Он не требует каких-либо дополнений.

— В таком случае сам пеняй на его несуразность. Сообразно ему, получается, что СЫН БОГА, не сумев предопределить вечностью свою человеческую судьбу и допустив собственное умерщвление людьми, отказавшими ему в праве предопределять их будущее, не может называться единосущным БОГУ-ОТЦУ. Как бы тебе ни хотелось, но твоя же логика заставляет признать, что разум Спасителя столь же конечен, как и мой, по причине неспособности формировать и предопределять будущее. Обрати внимание: Я ничего не придумываю, а лишь меняю в твоих рассуждениях персонаж. Цель СЫНА БОГА — создание из человека естества, достойного Воскрешения и перемещения в Царствие Божие. Она была предопределена Спасителю САМИМ, но полностью оказалась несовместимой с действиями, которые СЫНА БОГА вынудило совершать человечество, не поверившее в ЕГО Божественную сущность. Видишь, здесь тоже несовместимость предопределенных устремлений и личных действий. С какой стороны ни посмотри, а результат всегда будет однозначным: дорога судьбы СЫНА БОГА тоже направлена в никуда. Ты согласен, ангел, укравший мое место около разума БОГА?

Дьявол не питал иллюзий на ответ. Первый ангел дал внятно понять, что не намеревается участвовать в полемике, вокруг сделанного им вывода. В установившееся между хозяином антимира и ЕГО ВОЛЕЙ молчание вкралась напряженность ожидания каждым из участников диалога дальнейших ходов противника. Дьявол не мог позволить ей завладеть собою быстрее, чем она сделает это с ангелом Бога. Он был уверен, что из всех возможных ходов, ЕГО ВОЛЯ, скорее всего, выберет тот, который свернет их диалог на победной ноте столь уничижительного заключения добра о сущности разума гения зла.

— Нет! Отмолчаться тебе не удастся! Посмотрим на твою реакцию, когда уже мой вывод раскроет САМОМУ всю пошлость твоих рассуждений, — еще ничего не говоря ЕГО ВОЛЕ, подпитал Дьявол свой разум предчувствием, может быть, и незримого, но хорошо ощущаемого злом неуютного и пристыженного состояния разума добра.

— Напрасно ты, ангел, со мной не согласился. Подтверждение моей правоты спасло бы тебя от позора перед хозяином твоей души и разума, — не меняя своей привычки подавлять оппонента угрозами последствий, которые неизбежно его настигнут, произнес Дьявол, наигранно выжимая из себя сожаление. — Ты сам отдал мне на откуп опровержение твоих умозаключений, оттенив их молчанием. Прямо скажу — метод, лучший для выражения презрения, но весьма спорный для подтверждения своего интеллектуального превосходства. Я бы, например, выслушав тебя о моем крахе, также с удовольствием бы помолчал. Тебе не надо объяснять — почему. Ан нет! Гасить порывы своего разума не умею. Хотя это поле и принадлежит САМОМУ, Я не могу допустить, чтобы, исчезнув, оно унесло с собой твой абсурд как правду победителя. Принимай мой вывод и попробуй его опровергнуть.

Намереваясь свести своей логикой мой разум до состояния угасающего, ты доказал, что САМ, создав Спасителя как единосущное БОГУ естество, лишил собственного СЫНА будущего, а следовательно, и единосущности. Ведь сущность БОГА — в безвременье вечности, а она для Спасителя оказалась конечной. Из этого следует, что душа всего человечества, которую САМ воплотил, как ты всегда утверждал, в собственном СЫНЕ, тоже конечна и, по этому определению, путь ее судьбы аналогичен судьбе Спасителя или в «никуда». А путь в «никуда» — это последнее, что предопределяет разум САМОГО людям, перед тем как заново стереть человечество. И мы с тобой об этом прекрасно знаем!

К такому заключению ведет твоя логика. Она не оставляет ничего, кроме признания, что единая САМОМУ сущность, не сумевшая вытеснить мою истину из разума и души человечества, отправлена ИМ в никуда. Однако это — не просто абсурд, а ложь, которой добро всегда нападает на правду моей истины. Единые сущности не уничтожают друг друга, потому что неразделимы. Особенно когда эти сущности находятся не в пределах судьбы реального бытия, которое и есть одна из форм их проявления, а в пространстве-времени, где судьбы нет, потому что оно находится за чертой НАЧАЛА ВСЕГО Вселенной. А если СЫН БОГА, воплотивший в себе душу всего человечества вместе с моей истиной, обладает безвременьем вечности, то путь его лежит не в никуда, а в вечность. Туда же вместе с ним направляется и моя истина. Как это для тебя ни прискорбно, но выходит, что в действительности ты доказал не конечность моего разума, а его вечность. Утверждать обратное ты вряд ли сможешь, потому что тогда тебе придется подняться выше разума БОГА, доказав, что единая ЕМУ сущность — конечна, значит, конечен и ОН САМ!

Дьявол настолько поверил в совершенность своего доказательства ущербности логики ЕГО ВОЛИ, что ему привиделось, как поле нейтральности начало сворачиваться в сторону первого ангела БОГА сразу от всех, подпирающих его исполинских вершин угрюмых Гималаев. — Ну, вот и все. С сатрапом покончено! САМ не простит ему глупой фривольности разума. Я — молодец! Конечно, пришлось признать вечность сущности САМОГО и Спасителя. Так все вывел, что готов сам поверить в ИХ способность всегда предопределять будущее моего разума и души человечества. Но кем ни предстанешь, когда возможность смять разум правоборца добра говорит тебе: «Делай это сейчас, любыми методами, другого шанса может и не представиться!»

Поле нейтральности БОГА и впрямь пришло в движение. Однако оно не сворачивалось, как показалось Дьяволу, в сторону первого ангела, чтобы поглотить и унести с собой для наказания его, оплошавший перед злом, разум. Ни на йоту не изменив своих очертаний, поле просто перевернулось, пройдясь, словно скребком, по разуму великого гордеца и ЕГО ВОЛИ. Вновь сомкнувшись с оконечностями, выбранных им вершин Крыши Мира, невселенское пространство-время продолжало, как и прежде, одновременно вращаться во всех измерениях, которые разом мог охватить и воспринять только их Создатель.