Этот разговор, в котором со стороны супругов было много выдержки и такта, прервал прибежавший внук Игорь, сын сына Гены, присланный на летний отдых к бабушке и дедушке. Олимпиада Ивановна вторично посылала внука к Огурцам за книгой Кристофера Марло.

— Баб, а он догадался, что ты обманула, — сообщил внук, отдавая Олимпиаде Ивановне книгу. — Он сразу сказал: никакая тетенька не пришла.

— Ты, наверно, проболтался? Ну-ка, посмотри мне в глаза, — сказала внуку Олимпиада Ивановна. — Сейчас узнаю, лгун ты или нет.

Игорь вытаращил глаза и застыл на мгновение.

— Теперь расскажи, как было, — потребовала Олимпиада Ивановна.

— Я ему сказал, как ты сказала: «Дядя, это чужая книжка, за ней тетенька пришла», — докладывал Игорь, честно глядя в глаза Олимпиаде Ивановне. — А он сказал: «Твоя бабушка обманщица. Эту книжку ей твой папа подарил».

— Что, съели, Олимпиада Ивановна? — едко заметил Поликарп Семенович. — Налицо характеристика вашей персоны.

— Нет, это вам наука, Поликарп Семенович, — не менее едко отвечала Олимпиада Ивановна. — Чтобы не выносили тайно из дому мои вещи. Вы думаете, я не вижу, а я все вижу. И теперь вам будет стыдно идти к Огурцам. А я знаю, что вам очень хочется сходить. Спасибо, Игорек, — Олимпиада Ивановна погладила внука по аккуратно причесанной головке. — Теперь спрячь книгу в диван и возьми себе за это конфетку в шкафчике.

— Спасибо, баб, — вежливо ответил внук и убежал в дом.

— Ведьма купеческая! — тихо сказал жене Поликарп Семенович.

— Черт дворянский! — тихо ответила она.

И опять их обмен любезностями был прерван стуком в калитку. Дремавшая у гаража Пирка немедленно пробудилась, залаяла и забегала, гремя цепью.

— Открой, пожалуйста. Это к тебе, — сказала мужу Олимпиада Ивановна.

— Нет, ты открой, пожалуйста. Это к тебе, — ответил он, продолжая читать брошюрку.

Поскольку Пирка исходила лаем, нужно было кому-то встать и открыть запертую калитку. Поликарп Семенович пошел к воротам.

Оказывается, пришла жена машиниста Колотухи, которую Поликарп Семенович, конечно же, знал, с которой, конечно же, здоровался при встрече, но которая, конечно же, никогда прежде к ним не заходила.

— Здравствуйте, Поликарп Семенович. Может, вы отдыхали, а я помешала? — извинительно начала она.

— Нет, ничего, — ответил он и спросил: — Вы ко мне или к жене?

— К вам, Поликарп Семенович, лично к вам, — ответила Настя. — У меня большая просьба. Такая большая, что прямо от вас все зависит.

Поликарп Семенович приготовился выслушать Настю. Но тут подошла к ним и Олимпиада Ивановна.

— Вы ко мне или к мужу? — спросила она Настю, которую, конечно, тоже знала и здоровалась с нею при встрече.

— Да, наверное, к вам обоим, — ответила ей Настя. И повторила, уже для Олимпиады Ивановны: — Большая у меня к вам просьба. Вы уж только не откажите. Сын наш Толик женится, и мы с мужем решили…

И стала Настя рассказывать, что решили они с мужем. А решили они встретить сына, который будет ехать из Чернигова с молодой женой, на машине Поликарпа Семеновича. И красиво, чтоб запомнилось молодым и всем другим, въехать на двух машинах в город. Пусть люди видят, что у них свадьба.

— Понимаю ваше желание, — ответила, выслушав Настю, Олимпиада Ивановна. — Но у нас машина не на ходу.

— Нет, Липочка, почему же? — вежливо ответил жене Поликарп Семенович, желая тут же доказать ей, что не она, а он распоряжается машиной. — Наша «Победа» в прекрасном техническом состоянии, нужно лишь колеса надеть.

— По-моему, на «Победе» треснул кардан, — вежливо, но твердо сказала Олимпиада Ивановна, давая понять мужу, что выезда не будет.

— Ты просто забыла, Липочка, что на прошлой неделе я его подварил, — сказал Поликарп Семенович, давая понять жене, что выезд состоится.

— Ох, какое ж вам спасибо! — обрадовалась Настя. — А я боялась, что вдруг откажете.

— Почему же мы должны отказать? — ответил ей Поликарп Семенович. И стал спрашивать, в какой день и в котором часу Настя с мужем хотят встретить сына.

Настя ушла от Кожухов очень довольная, сто раз поблагодарив Поликарпа Семеновича и Олимпиаду Ивановну.