Закончив перекличку, руководитель игры спрятал блокнот и подсветил свое лицо фонариком снизу.

— А теперь слушайте. Данная группа воинов только-только вышла на окраину владений черного демона. Дальше опасность возрастает, потому что наши враги становятся сильнее. Они будут пытаться сбить нас с толку ложными приметами и оказывать растущее сопротивление. Надо быть начеку. Отряд готов продолжать движение?

Могучая кучка пробормотала, что она готова, затем вперед вышел троглодит Аг и указал себе на грудь, потом в сторону темного туннеля впереди.

— Аг, аг, аг, — прокаркал он.

— Смелый дикарь, — отметил руководитель. — Окажем ему честь.

— В чем дело? — шепотом спросил я Кантату. Я решил идти за ней — на случай, если она оступится.

— Аг вызвался пойти на разведку впереди отряда, — торжественно произнесла она с увлажнившимися от благоговения глазами.

— Так бы и говорил.

— Троглодитам разрешается пользоваться только одной фразой.

Ну конечно! А я-то недотепа…

Еще через пятьдесят метров, а может быть, сто — определить было невозможно — нас поджидало очередное испытание. Удивительно, как перед этим никто не сказал: «Что-то очень уж тихо».

На полу лежали три доски длиной по два метра. За ними в стене основного туннеля была вырезана полукруглая пещера, освещенная двумя фонарями с красными светофильтрами. К дальней стене была прикована не устыдившаяся своего возраста женщина в белом саване. Ее голова склонилась на грудь, волосы черного парика — мне не доводилось видеть фальшивее — доставали до земли. Перед ней, держа в руках пластмассовые мечи, расхаживали два монстра, с головы до ног закутанные в черную мешковину и стонущие, как футбольные фанаты от судейской ошибки.

Аг, троглодит-камикадзе, подошел к доскам, выкрикивая свою единственную фразу, и вызвал зомби на поединок.

Они из него сделали котлету. Действуя сообща, они обрушили на него град ударов, пока он не дрогнул и не вернулся в объятия великого визиря под крики протеста, ругательства и заклинания с нашей стороны. Один из зомби, приземистый детина, вскинул кулак в знак триумфа. Кажется, я видел его на концерте «Ганз энд Роузес», тогда он был официантом.

— План! Нам нужен план! — раздался клич в стане храбрых наемников.

Когда они сгрудились, обсуждая тактику действий, я выступил вперед, чтобы получше рассмотреть зомби. Оба были слишком велики для Тигры.

Мне в лицо ударил свет фонарика.

— Прошу прощения, приятель, — сухо сказал руководитель игры, — ББВ, не так ли? Да, я еще помню. Не хочется мешать, но вы только что шагнули через край пропасти глубиной в километр, на дне которой — зыбучие пески Серого червя.

Я посмотрел на пол туннеля и сообразил, что все остальные пользуются досками как мостиком. Пришлось прыгнуть обратно на доски и сказать: «Извините!»

— Старайтесь не отвлекаться. — Руководитель игры выключил фонарик и нырнул обратно во мрак.

Последовали дебаты на полчаса, не рвануть ли через мостик, ослепив зомби, и не освободить ли бабу с помощью магии. Мне приказали вытащить смертельно раненного Ага с поля боя и вылечить. Пока я пытался вспомнить заклинание, он сказал: «Можешь не спешить, друг, я свое отыграл» — и откуда-то из шерсти достал бычок.

— Друг, огонь есть? — прошептал он.

— А ведь есть. — Я стащил с головы чулок и достал из него «Зиппо».

— Спасибочки. — Троглодит глубоко затянулся. — Хочешь курнуть?

По запаху я понял, что эта сигарета — из тех, которые пускают по кругу.

— А они не будут против?

— Нe-а. Большинство здесь бывшие хиппи, а игроки — либо чиновники, либо дети, считающие, что я курю волшебные травы.

Я вернул самокрутку и спросил, часто ли он здесь бывает.

— Я только ради дочери приезжаю. Кантатой ее зовут. Лишь бы по улицам не шлялась.

Факт, что ему достаточно лет, чтобы иметь такую дочь, как Кантата, внушил мне уважение. Наверное, я постарел, раз даже троглодиты кажутся мне молодыми.

В конце концов великий визирь очередью заклинаний сбил цепи с женщины, которая оказалась вампиром, пытавшимся заманить нас в красную хмарь. Потенциально эта хмарь была не менее вредоносной, чем та, что курили мы с Агом. Но тут зомби пошли на штурм моста, началась всеобщая свалка, которую руководителю игры пришлось останавливать, заморозив время.

Нас опять выстроили вдоль стены — проверять раны, подсчитывать ущерб, бормотать заклинания и тому подобное.

Дойдя до меня, руководитель запнулся.