Кримсон кивнул на «Армстронг», я понял намек и предложил:

— Зачем мерзнуть, садись — побазарим.

Я двинулся вокруг машины, Кримсон сгреб Тигру и пихнул его в заднюю дверь с другой стороны. Я взялся за откидное сиденье, и тут Зверь начал блажить:

— Эй, Ангел. Я тут был в овощном магазине в субботу, хотел мамуле купить хорошего винограда. Вижу — он из Южной Африки. Я им говорю: южноафриканский покупать не буду. Знаешь почему? От мысли, что эти черные уроды лапали своими руками мои фрукты, у меня мурашки ползут по коже.

— Молодец, Тони, хорошо пошутил. — Я захлопнул дверцу и посмотрел на Кримсона. Наши колени соприкасались. — Не обращай внимания. Он хвастается, что у него тоже есть мать.

— Да мне насрать. — Кримсону, конечно, доводилось слышать и не такое.

— А мне нет, — подал голос Тигра, опустив вниз спинку другого сиденья и закинув на нее ноги.

Я взглянул на его обувь — кроссовки «Найк», видавшие лучшие дни еще вчера. Потом медленно перевел взгляд на лицо. Он выдерживал мой взгляд несколько секунд, потом убрал ноги с сиденья, и спинка снова вернулась на место.

Я повернулся к Кримсону:

— Ну?

— У Тигры есть работа для водителя. Мне не подходит, работать надо ночью.

— Неужто у тебя аура из солнечного света? Тогда ты дневной человек.

— Чего?

— Извини, не обижайся. Наверное, новым веком [2] навеяло.

Кримсон все равно ничего не понял.

— Проехали. Так почему сам не хочешь? Спалиться можно?

— Работенка легальная, но не для членов профсоюза. Сечешь? — снова встрял Тигра. Он быстро засучил ногами, кожа его комбинезона поскрипывала в такт. С такой прытью парень мог бы выступать за олимпийскую сборную Англии.

— Так почему? — переспросил я Кримсона, игнорируя Тигру.

— Да я почти все вечера занят с партнером, и, кроме того, у меня в правах нет категории С. А у тебя есть.

У меня действительно были права на вождение грузового транспорта. Более того, в отличие от некоторых других бумажек эти были выписаны на мое настоящее имя и поэтому имели особую ценность.

— Ладно. На грузовичке, значит. Что возим и на какое расстояние? На СС я не подпишусь, ты же знаешь.

Кримсон понял, что я имел в виду, но Тигра — вряд ли. Парень, похоже, крепко задумался, потому что все части его тела замерли на целых полминуты.

— «Стой-сливай», — объяснил Кримсон. — Водители грузовиков дают наводку на свой маршрут плохим мальчикам, подставляются под грабеж, а потом входят в долю.

— Да ничего подобного, — возмутился Тигра, и я ему поверил, потому что он опять начал дергаться. — Водить надо исключительно в городских условиях, а груз не имеет продажной ценности.

Где он, интересно, нахватался таких слов?

— В чем же подвох?

— Да никакого подвоха нет. Разве что тебе придется взять меня попутчиком.

— Зачем?

— Затем, Ангел мой, что я совсем не умею водить, — просюсюкал он и слегка хлопнул меня по колену, глядя мне прямо в глаза. — Тебя действительно зовут Ангел?

— А тебя зовут Тигра?

— Тигра О'Нил, как есть. Наступит день, и меня все будут знать.

— Могу поспорить, что тебя уже знают в определенных кругах.

— Кто бы сомневался, — согласился Кримсон.

Тигра прекратил свои гейские ужимки.

— Слушай, любить ты меня не обязан, но без меня ничего не получится. Я буду грузить, ты — крутить баранку. Все по-честному, а? Тебя Кримсон предложил, а для меня этого достаточно.

Просто посидеть за углом я тоже был согласен, но ничего не сказал.

— Оплата — по сотне за вечер на нос. В неделю, может, будет по три ходки. Регулярная работенка, короче. Если берешься, так и скажи.

— Я подумаю.

Кримсон взялся за ручку двери.

— Вы уж тут без меня договоритесь, девочки.

— Где тебя найти? — спросил я Тигру.

— Нигде. Меня не находят. В Боу на Риммер-роуд есть паб «Гроздья». Знаешь?

— Найду.

— Будь на месте сегодня вечером, в восемь, отыщи человека, который будет раздавать конверты с получкой. Запомнил? С восьми до утра гуляет братва…

Мелькнула его рука, дверь молниеносно открылась и закрылась. Мы с Кримсоиом, разинув рты, наблюдали, как он, точно балерина на пуантах, прошелся мимо и прыгнул в сторону Зверя, сидевшего на мотоцикле.

Раскинув руки, Тигра сделал пируэт, поклонился, послал Зверю воздушный поцелуй и перелетел через мотоцикл, оттолкнувшись ногой от сиденья в опасной близости от промежности Зверя.

Он приземлился, потом, не оборачиваясь, побежал по Бейкер-стрит и вскочил на подножку автобуса тринадцатого маршрута.