В одном углу сидел Никат, рядом на столе возлежала Шанти. К вышибале жалась притихшая Дирта, испуганно наблюдавшая за происходящим. В другом углу расположились десять мужчин, среди которых выделялся высокий, худой тип лет пятидесяти, с длинным, слегка крючковатым носом и умными карими глазами. Он был похож на лавочника средней руки, и одет небогато, но добротно – в темных тонов куртку, штаны, короткие мягкие сапоги.

Мужчина негромко беседовал с кем-то из своих подручных, улыбаясь время от времени, отчего тот бледнел, краснел и начинал заикаться. Андрей уловил несколько последних слов, из которых явствовало, что этот человек проштрафился при сборе дани с рыночных торговцев и ему предстояло возместить недостачу круглой суммы из своего кармана, в тройном размере.

Олра спокойно подошла к группе мужчин и с достоинством сказала:

– Абдул, ты хотел видеть моего мужчину? Вот он. – Она кивнула головой на Андрея, вставшего рядом. – Говори, что ты хотел.

– Что я хотел? – усмехнулся Абдул и кивком отпустил сидящего перед ним человека.

Тот отошел в сторонку и сел чуть поодаль, хватая ртом воздух. Андрей взял это себе на заметку – Абдул наводил страх на своих людей, что же тогда говорить о простых гражданах?

– Я хотел говорить с ним. Женщина, отойди. А ты, Андрей – так тебя звать? – присядь сюда. – Он указал на стул, на котором сидел перед этим провинившийся, как бы указывая собеседнику его место в этом мире. Абдул отвел ему роль виноватого, будто сажая на скамью подсудимых.

Андрей все просек и, усмехнувшись, сказал:

– Ничего, я пока постою. Может, вырасту побольше…

– Ну-ну… – неопределенно протянул Абдул. – Хочешь вырасти таким, как я? На недостижимое надеешься? Что же, многие мечтают о несбыточном, хотя надо лишь делать то, что положено, и не допускать в голову беспочвенные фантазии. От этих фантазий голова пухнет, мозг разжижается и теряется разум, уберегающий от необдуманных поступков. Ты со мной не согласен?

– Нет. Или я должен был сказать – да? Вероятно, все твои люди всегда тебе говорят «да»?

– Мои люди всегда говорят мне «да», иначе они никогда больше не смогут говорить. Я вырву им язык. Может быть, вместе с головой. Как и тем, кто становится на моем пути. Или пытается это сделать…

– Абдул, мне еще нужно позавтракать, потом заняться неотложными делами. Ты не мог бы подойти к сути вопроса побыстрее? – Андрей зевнул, прикрыв рот ладонью.

Абдул сверкнул глазами, напрягшись, и монах тоже напрягся, ожидая команды к атаке. Но нет, авторитет снова расслабился и скривился в усмешке.

– Ты наглец. Ты напоминаешь мне Халида. Он тоже был наглецом. Удачливым наглецом, и очень дельным. Он был умным и эффективным убийцей, и я не думал, что его можно так просто убить. Вместе с его людьми. Как погляжу, опасным ты не выглядишь, ничего особенного в тебе – мужчина как мужчина. И как это ты смог побить Халида? Ты им устроил засаду, да? Ты оказался умнее Халида. Это хорошо. Значит, я приобрету себе мастера. Ты будешь работать на меня, пока не отработаешь свой долг. Впрочем, можешь сразу заплатить пятьсот тысяч золотых и идти на все четыре стороны. И тогда я не трону тебя и твою подружку. А также твоих друзей и их дочку. Как их звать? Федор и Алена? И Настя. Видишь, я все знаю. Это же просто – посмотреть, куда ты едешь, расспросить извозчика. Навести справки. Ты что думал, убивать моих людей без моего позволения можно? Ошибаешься. Моих людей могу убивать только я. Вот так! – Откуда-то в руке авторитета появился небольшой метательный нож и, просвистев в воздухе, вонзился в глаз человеку, которого Абдул распекал несколько минут назад.

Мужчина задергался, захрипел и упал на пол. Под ним образовалась лужа крови, пропитывающая скобленый пол, небольшой ручеек стал подкрадываться к сапогам Андрея. Олра побледнела, а монах, брезгливо сморщившись, переступил через ручей и, пожав плечами, спросил:

– У меня есть время на размышление? Может, я соберу пятьсот тысяч? Я еще не решил.

– Ты так богат? – приподнял брови Абдул. – Хм… может, и вправду дать тебе время на размышление? Люди смертны, а пятьсот тысяч есть пятьсот тысяч. Хорошо. Срок тебе до завтрашнего утра. В это же время ты придешь ко мне и дашь ответ. Если не будет пятисот тысяч или же ты откажешься на меня работать – умрут все, кого я перечислил. И те, кто под руку попадется, – надеюсь, ты не хочешь их смертей.

Внезапно раздался визг, отчего все вздрогнули – на бандитов бросилась Дирта и попыталась ударить кулачком Абдула.

– Гад, сука, ты…… не трогай маму Олру! Я тебя убью!

Бандит поймал руки беснующейся девочки и усмехнулся:

– Смелая. Пожалуй, я оставлю ее в живых. Воспитаю как надо. Таких смельчаков надо ценить. Забери ее, женщина!

Олра подхватила сразу затихшую девочку и, успокаивая и поглаживая по голове, увела в подсобные помещения, где передала с рук на руки Мадре, строго-настрого велев никуда не выходить. Затем вернулась в зал, чтобы захватить последний этап переговоров.

Абдул как раз уходил, бросив на ходу:

– Завтра, в это время. Я пришлю посыльного. И не думай, что тебе удастся ускользнуть – твоя женщина остается тут, а если попробуешь сбежать с ней – везде мои глаза и уши. Ты даже не выйдешь из города. Эй, заберите это дерьмо. – Он указал на труп с ножом в глазу.

Бандиты покинули трактир, а Андрей, Олра и Никат остались в пустом зале.

Олра присела к столу, положила на него руки, сжатые в кулаки, и простонала:

– Ну зачем, зачем я связалась тогда с Халидом?.. Ну почему так случилось?..