– Да, милорд.

– Нет, подожди. Не надо. Я только все испорчу. Ему нужно совсем другое. Скажи, Ястред, а из простолюдинов можно выслужиться в дворяне и дальше?

– Да, милорд. Отец Хелга начинал как раз мальчиком-посыльным в нашем войске, стал десятником личной сотни и дворянином. А самозванец Тарен сделал баронами людей из черни, - презрительно добавил он.

– Значит, можно… А кто решает, что можно взять его в эти самые мальчики?

– Могу и я.

– Возьми, пожалуйста. Видишь ли, Эйгель всегда был помешан на аристократизме. Братец ему нашептывал, да и мать у него из обычных дворянок. Они с братом от разных матерей. Он до сих пор считает, что виноват передо мной, не может себе простить одного поступка… И сейчас Эйгель выбрал себе наказание. Для него оно пострашней плетей. Мальчики на побегушках - они что-то вроде военных слуг?

– Да, милорд.

– Принеси то, сбегай за тем? Сапоги почистить?

– Да, но только дворянам.

– Дворяне! Сами не могут.

– Но, милорд… У нас так заведено. И Эйгель это знает.

– Ладно, не мне вмешиваться в чужие дела…

В теплый день начавшегося лета, в Ларск въехала группа всадников. Впереди ехал известный многим в городе рыцарь Ястред, а рядом с ним на прекрасном коне ехал юный вельможа, еще подросток. Он с любопытством смотрел по сторонам, вертя стриженой светловолосой головой.

Въехав в замок, Ястред соскочил на землю и помог юному всаднику слезть с его коня. Подросток немного скривился.

– Спасибо, Ястред, что-то опять стрельнуло. Но уже прошло.

– Эй, - обратился рыцарь к кому-то из слуг, - где сейчас его светлость?

– Его светлость принимает гостей в большом зале.

– Милорд, пойдемте, я вас провожу.

Когда Сашка вошел в зал приемов, его сердце забилось учащенно. В кресле, или это у них трон?
– сидел его Дар и о чем-то разговаривал с симпатичной девушкой, сидящей рядом. Дар повернул голову и встретился с Сашкой взглядом.

Молчание длилось долго, придворные недоумевали, не понимая, что же происходит. Лишь немногие из них смогли догадаться, кого привел Ястред.

А братья все смотрели друг на друга, наконец, Сашка сделал несколько шагов вперед и поклонился графу. Он помнил об уроках этикета, да и слова Эйгеля о влиянии жены на его брата он запомнил.

– Не смей, не смей меня никогда так оскорблять!
– Дарберн сорвался с кресла, подбегая к Сашке.
– Никогда! Слышишь, никогда! Но раз ты уже сделал, то мне придется это исправлять.

И Дарберн низко поклонился Сашке, намного ниже, чем тот.

По залу пронесся ропот. Это было неслыханно. Граф кому-то низко кланяется! Даже королю граф мог лишь слегка поклониться.

– Братик!
– Дарберн со всей силы обнял Сашку, - Наконец-то!

Сашка хотел ответить тем же, но неожиданно дернулся, охнул и скривился. Спина все еще давала о себе знать.

– Сашка, прости, я забыл.

– Господа, я представляю вам моего брата, его светлость виконта Ксандра Ларского.

Зал пришел в движение, склоняясь перед братом их графа.

– Теперь он моя правая рука во всем.
– И посмотрев на свои культи, Дарберн горьковато добавил:

– И левая рука тоже. Теперь его слово - мое слово. Все, что он ни прикажет, это мой приказ.

– Простите, ваша светлость, но если приказ вашего брата будет противоречить вашим приказам?

– Тогда мои приказы следует отменить.

Зал ахнул еще громче, и новый поклон оказался ниже предыдущего.

Стоявший чуть в сторонке Ястред тихо сказал Хелгу:

– А я еще хотел сделать милостивое дело и взять в домашние рабы брата моего сюзерена.

Конец второй книги

Продолжение следует