— А сколько я должен вам, мистер Аллен?

— Дойдет очередь и до меня. Сперва — о миссис Петерсон. Она просила меня переговорить с вами от ее лица. В последнее время, как вы наверняка понимаете, ее жизнь наполнилась множеством испытаний. Единственного кормильца семьи бросили под поезд. Дом дважды перерыли. Какие-то негодяи следят за детьми. И к тому же у нее есть доказательства, способные навсегда лишить вас свободы, сэр. Но поверьте: вдова просит лишь, чтобы ее оставили в покое. И незначительную компенсацию за утраты. Перейдем к цифрам, которые мне представляются весьма разумными. Миллион, лежащий на оффшорном счете Петерсона, остается у вдовы. Так семья сможет выбраться из долгов, оставшихся после Теда, и рассчитаться по первому ипотечному кредиту. Кроме того, Мэг хотелось бы получить еще один миллион, который она планирует вложить в очаровательный трастово-инвестиционный фонд, чтобы обеспечить разумные ежегодные поступления для себя и своих детей.

— А как же кассеты? — спросил Баллентайн.

— Этот комплект пусть останется у вас. Оригиналы будут храниться в надежном месте с распоряжением о немедленной доставке их федералам в случае моей насильственной смерти или гибели миссис Петерсон. Но ведь этого не случится, правда?

— Откуда мне знать, что вы никогда больше не попытаетесь шантажировать меня кассетами?!

— Честно говоря, после сегодняшнего дня мне никогда больше, при всем моем уважении, не хотелось бы с вами встречаться. А миссис Петерсон попросту не желает вас видеть. Итак… — я достал мобильник, — договорились?

— Запросы немалые.

— Вам нужно найти всего три миллиона, чтобы покрыть расходы миссис Петерсон и рассчитаться с инвесторами. Но ведь подобная сумма — не такая уж и великая плата за жизнь и свободу. К тому же, что такое три миллиона для Джека Баллентайна?

Тот обессиленно покачал головой:

— Давайте телефон.

— Номер уже набран. Нужно просто нажать кнопку.

Баллентайн так и сделал.

— Миссис Петерсон? Говорит Джек Баллентайн. Я только что провел напряженные переговоры с вашим представителем, мистером Алленом. С радостью сообщаю, что мы согласны на ваши условия. Передаю трубку мистеру Аллену. — И Баллентайн вернул мне телефон.

— Привет, Мэг.

В голосе вдовы сквозило потрясение:

— Он и впрямь согласился на все условия? Я взглянул на Баллентайна:

— Человек слова.

— Должно быть, ты привел невероятно убедительные аргументы, Нед.

— Мне оставалось играть теми картами, что выпали. А ты выдала мне четыре туза. Как с тобой обращаются Фил и Винни?

— Отлично. Вот только заставляют слушать старые альбомы Эла Мартино.

— Ну что ж, за всё приходится платить.

— Думаю, их надо отблагодарить. Как думаешь, согласятся на десять штук?

— Вряд ли: Фил порядочен более, чем готов признать. Слушай, мне пора.

Я отключил телефон.

— Вдова очень рада, — сообщил я.

— Не сомневаюсь, — сухо согласился Баллентайн. — А теперь, сэр, чем я могу порадовать вас? Миллионом? Новой работой? И тем, и другим? Чего вы хотите?

— Я прошу только две вещи. Во-первых, завтра утром, в девять, я должен явиться в полицейский участок Гринвича на опознание, где мистер Мартин Альгар, метрдотель из ресторана «Хъятт-Редженси», наверняка укажет на меня как на человека, с которым Петерсона видели в последний раз. Я хочу, чтобы вы убедили мистера Альгара, при помощи такого циничного аргумента, как деньги, указать вместо меня на Джерри.

Шуберт попытался возразить, но Второй Громила просто закрутил руки Джерри еще выше за спиной.

— Это Шуберт заказал убийство Петерсона, — продолжал я. — Он убил Теда, хоть и не лично. Он должен быть наказан.

— Договорились, — согласился Баллентайн. Внезапно Джерри что есть сил ударил Второго Громилу пяткой по левой ноге и вырвался из захвата охранника.

— Никто меня, мать вашу, не накажет! — заорал Шуберт и метнулся к двери. Второй Громила хотел было отправиться вдогонку, но Баллентайн распорядился:

— Позвони охране, пусть поймают.

Второй Громила поднял трубку. Я спросил у Баллентайна:

— Не боитесь, что он покинет здание?

— Поверьте, никуда он не уйдет, — сообщил миллионер, точно речь шла о самом собой разумеющемся деле. — Итак, на чем мы остановились, мистер Аллен?

— У меня осталась последняя просьба, — ответил я.

— А именно?

— Я выхожу из помещения, и больше вы никогда ко мне не приближаетесь.

— И всё? — не поверил Баллентайн.

— Да, всё.

— А как же предложенный мною миллион?

— Предложение всё еще в силе?

— Как вы сами заметили, я — действительно хозяин своего слова. Вдобавок мне как раз требуется новое доверенное лицо. Двести штук в год и, само собой, куча подчиненных. Всё — в вашем распоряжении, мистер Аллен.

— Нет, благодарю, — ответил я, подумав.

— Только не говорите, что вам даже не интересно.

— Разумеется, интересно.

— Миллион долларов и новая престижная работа помогут решить множество проблем.