Наибольший ущерб нанесен кабинету покойного и спальне.

«Либо грабители искали что-то конкретное, — сообщил капитан Хикки в заявлении для прессы, — либо не рассчитали время и оказались вынуждены скрыться, едва заслышав возвращение скорбящей родни. В любом случае подобные действия настолько аморальны, что недостойны даже презрения»».

Поганец-Джерри! Хуже любого подлеца. Совершенно никаких принципов. Чутье не подвело Лиззи. Шуберт, опасаясь, что дома у Петерсона могут храниться компрометирующие бумаги, решил подстроить ограбление жилища, замаскированное под кражу со взломом. Хотя вместо драгоценностей и фамильного серебра прихватили настольный компьютер Теда, дискеты и документы. Джерри с присущей ему безупречной пунктуальностью и добротой догадался назначить кражу на то время, пока семья и так называемые друзья погибшего молились над телом.

Вот, называется, и успел первым к миссис Петерсон. Джерри лишил меня и этой возможности. Во-вторых, моей встрече с вдовой помешала полиция. Примерно в девять часов утра в понедельник, всего лишь за несколько часов до назначенного времени вылета в Лос-Анджелес, в офис ко мне позвонил детектив Том Флинн из полиции штата Коннектикут. Ему «совершенно случайно довелось оказаться сегодня на Манхэттене по делам» и он был бы весьма благодарен за возможность посетить меня на работе и задать несколько вопросов о Теде Петерсоне. На мои объяснения о поездке в Лос-Анджелес, предстоящей сегодня днем, детектив ответил:

— Без проблем. Я как раз закончил кое-какие дела на Сорок Восьмой стрит. Могу появиться в вашем офисе примерно через полчаса.

— Ну, вообще-то, утром я порядком занят, — соврал я.

— Мне потребуется всего лишь пятнадцать минут вашего времени, не более, — заверил Флинн и повесил трубку, прежде чем я успел отказаться.

Детективу было лет сорок пять, даже больше. Низкорослый, жилистый, с фигурой боксера в легком весе и лицом парня с улицы. Стареющий Джимми Кегни, оказавшийся в коннектикутской провинции.

— Спасибо, что выкроили время, — поблагодарил гость, усаживаясь на стул напротив моего стола.

— Да не за что, — я изо всех сил старался, чтобы голос звучал спокойно.

— Позвольте кое-что объяснить вам с самого начала, мистер Аллен. Мы — не на допросе. И официально вы не числитесь подозреваемым. К тому же вы вовсе не обязаны отвечать. Просто побеседуем.

— Спасибо, что разъяснили.

— Работаете на себя? — поинтересовался гость, оглядев крошечный кабинет.

— В некотором роде. Я — представитель в Северной Америке международного паевого инвестиционного фонда.

— Паевого чего? — переспросил Флинн, делая пометки в блокноте.

Я вкратце изложил сущность деятельности паевых фондов, рассказал о том, как приходится ездить по стране, стараясь заинтересовать клиентов перспективными инвестициями.

Судя по всему, детектив повелся на обман:

— Кажется, когда-то вы работали в компьютерном бизнесе, верно?

— В компьютерном журнале. Я был директором по продажам на Северо-западе журнала «Компу-Уорлд».

— И когда закончилась ваша работа?

— В начале января. Издание закрыли.

Флинн сверился с пометками в блокноте:

— То есть после того, как вы избили начальника, мистера Клауса Креплина?

Я почувствовал укол страха. Мое прошлое детектив изучил тщательно.

— Да, после… э-э… столкновения с мистером Креплином, чему предшествовала продажа компании.

Мой гость вновь глянул в блокнот:

— И Креплина поместили в больницу, а вас арестовали?

— Обвинения были сняты.

— Я в курсе, мистер Аллен. Кроме того, мне известен и тот факт, что вы не ладили с покойным мистером Петерсоном.

— Да, он не был моим лучшим другом…

— А вы не преуменьшаете? По словам секретарши…

«Боже мой, еще и эта очаровашка…»

— …перед Рождеством у вас имел место серьезный деловой конфликт. А детектив Дебора Кастер из Гартфордского полицейского округа сообщила, что вы обвинили покойного в самоубийстве вашего бывшего коллеги. Это верно?

«Смотреть в глаза»…

Не отводя взгляда от детектива Флинна, отвечаю:

— Да, верно.

— И потом, ваша публичная ссора с мистером Петерсоном здесь, на Манхэттене, во время делового мероприятия, вечером накануне его гибели…

— Да, в тот вечер я впервые встретился с ним после… в общем, после Рождества.

— И несмотря на то, что прошло несколько месяцев, вы все равно не смогли совладать с чувствами.

— Петерсон серьезно повредил карьере — и моей, и моего покойного коллеги по имени Айван Долински.