–  Газировку будешь, командир?

–  Перестань уже называть меня командиром, Репей. Такое чувство, будто издеваешься.

–  Все?

–  Что - все?

–  Выговорился?

–  Я еще ничего и не сказал.

Репьев тоже положил голову на кулаки.

–  Ну, давай, давай. Поплакайся в бронежилетку. У тебя ведь одного - чувства. Мы все кругом сухари плесневелые, а ты - Ален Делон. Красавец, исполин духа и пацифист. Аха? Да знаю я все, что ты скажешь. Знаю. Дерьмо разгребать и рук не замарать - так не бывает, командир, ты же понимаешь.

–  В дерьме замарать, но не в крови, Ваня. Во что ты меня снова втравил? Я прекрасно работал в одиночку, и никому ничего не был должен.

Репьев сунул руку в папку, вытащил подшивку с рапортом о происшествии в поезде и швырнул ее на стол:

–  Ты прекрасно понимаешь, что от перестановки мест слагаемых в этом случае ничего бы не изменилось,- сказал он, постукивая указательным пальцем по стопке бумаги.- Ни-че-го. Больше того. Если бы сержантик этот полез деактивировать кухонный автомат, мог погибнуть ребенок. Ведь мог?

–  Или не мог. Все это демагогия, Ваня. Слова, слова, слова.

–  На войне, как на войне, командир. Ты меня сам так научил. И хватит уже самобичеванием заниматься. По большому счету, это я виноват. Я планировал эту операцию, и отвечал за нее.

–  Перед кем?

–  Перед кем надо, перед тем и ответил. А если хочешь, я тебе и еще больше скажу. Кража киборга тоже была в плане. Не в том, конечно, месте, не в то время и более безопасным способом. Но была. Так что план операции оставлен без изменений. Ты все еще хочешь прищучить приятную компанию во главе с Перовским? Или уже отошел в сторонку? Все? Остыл, командир?

Олег выпрямился:

–  Не смей брать меня на "слабо". Ты же знаешь, терпеть этого не могу.

–  Знаю.

Репьев побарабанил пальцами по столу, выдерживая паузу, и вздохнул:

–  Ладно. Погорячились, пар выпустили. Теперь о деле. Ты был там?

Олег ухмыльнулся.

–  Знал бы ты, как хотелось придушить этого гада…

–  И это знаю. Все получилось как надо? Где передатчик оставил?

–  Прилепил жвачкой под столешницу.

–  Отлично. Просто отлично. Не переиграл?

–  Вроде нет.

–  Отлично,- повторил Иван, сжав кулаки.- Он там. Я уверен, что там. Сейчас у нас… сейчас шестнадцать ноль две. Значит, передача уже была.

Он схватил телефон и набрал номер.

–  Мы еще поиграем. Мы еще… Алло! Лаборатория? Кудесника дайте. Алло! Аким Аверьяныч? Это тебя Репьев беспокоит. Как насчет закладочки восемьсот шесть-двадцать? Передача была?.. Аха, прекрасно, дорогой. Дешифровку мне на контроллер зашли, пожалуйста. Да, прямо сейчас…

Иван бросил трубку на аппарат снова забарабанил пальцами по столу.

–  Закладка сработала. Отлично…

–  Волнуешься?

–  Еще бы, командир. Ты не представляешь, какая сейчас игра завязывается. Какие фигуры на поле выходят. Ажно дух захватывает.

Контроллер Ивана подал сигнал принятой почты, и капитан тотчас пустил запись.

"Похоже, ты был прав, док,- послышался ровный глуховатый голос,- все это сильно смахивает на спланированную проверку".

–  Это голос Ганимеда,- заметил Олег.- Все верно, Фаер был там.

–  Есть!- ухмыльнулся Иван.- Заглотил наживку!

"Слушайте меня, дорогой мой, и все будет как надо,- пообещал голос Перовского.- У меня, слава богу, в таких делах опыта предостаточно…"

Иван снова ухмыльнулся:

–  У нас тоже, будь уверен…

"Однако этот тип крепко сел нам на хвост",- сказал Фаер.

"Левушкин? Да, это тип еще тот. Крови мне перепортил достаточно. Пора бы им заняться вплотную. Пусть не путается под ногами"

"Понял, док. Я найду людей, которые решат эту проблемку".

Перовский постучал по столу:

"Бросьте подобные замашки, милейший. Не хватало нам впутаться еще в одно мокрое дело. Мало вы натворили в поезде? Устранить его мы всегда успеем. Для начала достаточно припугнуть. Поднимите архив, отыщите его досье. Он был испытателем-статистом в одном нашем проекте восемь лет назад. Узнайте его слабые места. Найдите, как можно на него надавить. Вы мастер шантажировать, вот и действуйте. И не забудьте, что послезавтра вы должны ходить, как киборг, думать, как киборг, и говорить, как киборг, чтобы у нашего покупателя не возникло никаких подозрений. Ступайте сюда. Это мой персональный лифт, спуститесь на нем прямо в лабораторию. Там вас никто не побеспокоит. Оборудование к вашим услугам".