– Ксант еще никогда не ошибался.

– Верно, иначе он бы уже мотал срок. Может, прихватив заодно и нас всех. Психопат чертов! Но все когда-то случается в первый раз, верно? – Шварц устало помолчал. – Помяни мое слово, залетит он когда-нибудь со своей пушкой или «термита» сослепу прихлопнет.

– Ну не терапию же проводить? Он же композитор, деньги нам зарабатывает. Побольше тебя с твоими виртуальными боями, кстати…

– К-композитор, – презрительно скривился Шварц. – Вагнер нашего времени. И вообще, имей в виду, совсем перестать потреблять энергию мы не можем – в «Лунаре» моментально заподозрят подвох. Вай-фай работает, излучение хлещет во всем диапазоне, а энергию никто не жрет? Нереально! До нуля скостить платежи по-любому не выйдет. Может, проще выкинуть ее, босс? Гляди, наживем геморроя по самые гланды.

– Гангрена вырежет ее корпоративные импланты и поставит наши. Так она точно потеряет обратную связь с «Лунаром», никто ее уже не найдет.

– Да на хрена она тебе нужна?

– Не она, а неограниченная энергия. С ней мы сподобимся на великие дела, брат.

– Засекут и отымеют. Тебе плохо живется, командир?

Этот разговор, как и предполагал Сантана, дал ему дополнительные переменные для этого сложного уравнения. Что было хорошо, поскольку к грубому упрощению задачи Сантана не стремился. Напротив, чтобы оценить последствия своего решения, ему требовалось как можно больше вводной информации. Еще сколачивая по крупицам команду, он прочитал в каком-то файле, что во все времена гениальными полководцами считались те, кто мог предвидеть местоположение своей армии хотя бы на сутки вперед.

После осмысления этого факта Сантана стал прогнозировать события на неделю. Удачно или нет, вопрос другой, но отступать от этой стратегии он не собирался. С Ией же просчитать все возможные варианты и их последствия получалось с трудом. Все выглядело зыбким, расплывчатым, будто сквозь грязный пластик. Сантана нервничал.

Но поменять первоначальное решение – снабдить девчонку-клона доступом в Сеть – веской причины он пока не видел. Интуиции же он не доверял как материи нереальной. Даже более нереальной, чем сама Сеть.

За обедом Адассис устроил истерику. Старик отказался есть и все что-то бормотал и размахивал руками, не подпуская к себе нянек.

В конце концов клоны были вынуждены подавить его сопротивление в буквальном смысле. Девушки прижали его к кровати, и одна из них впрыснула ему дозу успокоительного. Электронный голос бывшего хозяина «Лунара» звучал так, словно был записан на древний ленточный носитель, при проигрывании которого пленку зажевало.

Адассис лежал на кровати, разевая рот, а динамики выдавали абсолютную бессмыслицу.

Компьютер отреагировал стандартно. В таких случаях полагалось погрузить пациента в кому, для чего задействовать программу, генерирующую звуковые колебания определенной частоты. Их суггестивный эффект помогал телу старика расслабиться. Мозг погружался в сумеречное состояние. Нужно было лишить Адассиса причины его возбуждения, какой бы она ни была. Компьютер не знал, в чем суть проблемы. В его обязанности входило следить за физическим здоровьем пациента.

Ия знала.

Работая с Камиллой, она ни на секунду не выпускала из поля зрения то, что происходит в особняке отца. Тэне нужно было убедиться, что все ее манипуляции с клоном и программная маскировка работают без сбоев. Оставалась, правда, одна нерешенная пока проблема. Следующий визит команды медиков, которые занимаются ею и отцом, не за горами. Проверка всего набора составных частей медицинского комплекса неизбежна. Это стандартная процедура. Как быть с этими заботливыми дрессированными «обезьянками», которые непременно заинтересуются пропажей клона-няньки? Свои деньги они отрабатывают с фантастическим усердием и честностью, поэтому просто не смогут игнорировать факт исчезновения.

Чтобы излишне не перегружать мозг, Ия решила отложить эту проблему на потом. Часть ее рассудка где-то в глубине продолжала работу – и этого пока достаточно.

Ия знала, почему отец пришел в такое нездоровое возбуждение.

Сегодня он просматривал файлы с последними новостями о своем детище. Время от времени бывший босс интересуется тем, как поживает «Лунар», и чем он дышит. Уже давно дела идут не так, как следует, согласно представлениям Адассиса. За шестьдесят лет после того, как Маркус ушел на покой, у «Лунара» сменилось три президента. Их работа не вызывала особенных нареканий со стороны отца-основателя. Последние же десять лет корпорацией управлял человек по имени Иоахим Руштани, тип скользкий, коварный и жестокий. Приди он к Адассису в прошлом, в период расцвета «Лунара», он не подпустил бы его к руководству компании и на пушечный выстрел. Сегодня же Руштани правит всем. Его полномочия как президента расширены до предела, его стиль правления представляет собой смесь переднеазиатской деспотии и разнузданной буржуазности периода первоначального накопления капитала. Его замашки приводят в шок всех, кто сталкивается с ним. Этот дикарь живет на широкую ногу, не стесняясь демонстрировать свое могущество и богатство.

Адассис, всегда отличавшийся экстравагантностью, не мог сказать, что даже в молодости мог соперничать с нынешним боссом по части скандальности и откровенно беспардонным выходкам по отношению к конкурентам и партнерам по бизнесу. Похоже, этот азиат воспринимал «Лунар» не иначе как средство своего личного бесконечного обогащения. Как всякий уроженец Ближнего Востока, он воспринимал финансовый капитал самоцелью и все мерил исключительно деньгами. На «Лунар» стали косо поглядывать даже его давние партнеры, работающие на энергетическом рынке, а Международный Антимонопольный и Антикоррупционный Комитет уже неоднократно пытался провести тотальную проверку деятельности корпорации. Всеми правдами и неправдами, вплоть до запугивания и подкупа, Руштани избегал этого. Даже самым несведущим было ясно, что рано или поздно такая стратегия управления может привести к катастрофе.

Ия тоже наблюдала за деятельностью Руштани. Она понимала реакцию отца на происходящее. Слухи, циркулировавшие в Сети, доводили старика до белого каления. Нейроны в его мозгу находятся в постоянном напряжении, которое способны снять только особые программы и препараты. Адассис не расстается с мыслями о «Лунаре». Это главное его детище – то, куда он вложил всю свою жизнь. Он мог быть каким угодно жестким и требовательным президентом, но никогда не позволял себе того, что делает Руштани. Здесь уже не чистый бизнес. Слухи утверждают, что Руштани спонсирует леворадикальные организации по всему миру, поддерживает террористическую экспансию с юга. «Лунар» окольными путями вкладывал деньги в последние президентские выборы, поддерживая откровенно сумасшедшего кандидата от леворадикального Союза Равноправия. Кандидат едва не прошел во второй тур, а за «Лунаром» начала закрепляться нехорошая репутация.